Федорченко снял фильм про мозаики на земле и под землей

Режиссер из Екатеринбурга не раз уже именно этому фестивалю давал «право первой ночи». Именно на «Послании к человеку» впервые показали его фильмы «Колбаса Митрофана Аксенова» и «Большие змеи Улли-Кале».

Пожалуй, в «Приключениях мозаик…» чуть меньше мистификаций, чем обычно. А их непременно ждешь, даже выискиваешь в картинах Федорченко. Реальность у него всегда фантастическая и наоборот. Этот фильм воспринимается как серьезный, без подвоха и вечной насмешки, но все может быть.

Сценарий написан Федорченко с его постоянным соавтором Лидой Канашовой. Герои находятся в разных точках земли, в этот раз в Минске и Варшаве, Питере и Москве. Но они могли быть и мнимыми, придуманными. Как сказал один из героев Федорченко: если снято, значит было.

В первых же кадрах на экране появляется сам режиссер. На примере детской мозаики он объясняет несведущим зрителям, что же это такое, какие виды этого искусства существуют. А дальше Федорченко разговаривает с разными людьми о судьбе мозаичного искусства в России, обращается к династии мастеров Фроловых, ее родоначальнику Владимиру Фролову и двум его сыновьям.

Это они создавали в своей мастерской уникальные работы для церквей, музеев, театров, в частности для Спаса на Крови, Мавзолея Ленина, станции метро «Маяковская» и «Павелецкая». Мозаики в какой-то момент начинают жить своей неповторимой и драматической жизнью, не всегда используются по первоначальному замыслу.

Многие их перипетии связаны с событиями Второй мировой войны. Мозаики, как люди. Они накрепко связаны с человеческими судьбами, например, Всеволода Мейерхольда. Кино - тоже своего рода мозаика. Складываешь его и никогда не знаешь, что в итоге получится.

История Спаса на Крови величественна и печальна. Его должны были снести летом 1941 года, но война изменила все планы. Храм пережил блокаду, в нем оборудовали морг, а потом использовали как склад декораций. Главное, что он устоял и все пережил.

Церкви с мозаиками Фроловых погибали, разрушались, потом возрождались где-то вдали, как было с сокровищами Храма Александра Невского в Варшаве. Кое-что уцелевшее потом нашлось в Белоруссии.

Строили в Москве театр Всеволоду Мейерхольду, а украсить его должна была мозаика из мастерской Фроловых. Однако режиссера арестовали, и он сгинул с лица земли. А мозаики прожили совсем другую жизнь.

Мозаики Фроловых создавались по эскизам Александра Дейнеки для станции московского метро «Павелецкая», а в результате частично были использованы на «Новокузнецкой». Донбасский цикл из 14 мозаик Дейнеки доставили в Москву еще до начала Великой Отечественной войны, но так и не установили.

В 1941-м строили станцию метро «Новокузнецкая», и кое-что появилось там. Сам Владимир Фролов умер в 1942-м, не дожив 16 дней до эвакуации Академии художеств. Он похоронен в братской могиле среди своих коллег- профессоров.

Его мозаики тоже закопали в землю. Зачем? Ответа у специалистов нет. Один из экспертов в кадре даже условно определяет место, где могут храниться подземные сокровища.

. В фильме использованы архивные материалы, воспоминания потомков и современных мастеров, случайных людей, оказавшихся в очереди у Мавзолея. Многие из них и не заметили в этом подземном царстве мозаик. Есть ли они там в действительности?

От Федорченко постоянно ждешь какого-то розыгрыша, веришь и не веришь в существование его героев. И часто ошибаешься в своих сомнениях, как это было с Митрофаном Аксеновым, оказавшимся реальным математиком и философом конца XIX – начала XX века.

Алексей Федорченко - любопытный человек. Приедет на фестиваль и непременно сделает какое-то открытие, и вот уже готов фильм.

Он – виртуозный мастер мокьюментари, псевдодокументального кино, и даже на Венецианском кинофестивале его «Первый на Луне», снятые в этом жанре, получили награду как документальный фильм. А ведь в жюри были опытные кинематографисты мирового класса.