Вадим Гигин: Почему важно помнить о героях и укреплять страну

Бывают в судьбе народа вехи, которые, словно надежные гранитные плиты, держат на себе весь исторический фундамент государства. 17 сентября — именно такой день, символ выстраданного, отвоеванного права белорусов быть хозяевами на собственной земле, жить единой семьей и говорить на родном языке. Это не просто дата триумфа исторической справедливости. Это суровое напоминание о том, какую колоссальную цену платит народ за право называться нацией и какой прочной должна быть историческая память, чтобы не позволить никому и никогда повторить трагедию раскола. Президент Беларуси Александр Лукашенко:

— Мы свято чтим память обо всех, кто самоотверженно отстаивал право белорусов «людзьмi звацца» и заплатил за это ценой своей жизни и молодости. И никому не позволим посягнуть на святую землю предков, на независимость и суверенитет нашей Родины. Мы последовательно будем отстаивать наши исконные ценности и правду, как это делали отцы, деды и прадеды.

Во время участия в торжественном мероприятии ко Дню народного единства, 17 сентября 2024 года.

Ответили мощным сопротивлением Если вглядеться в ту далекую эпоху, перед нами откроется картина глубочайшей национальной драмы. Восемнадцать долгих лет — с 1921 по 1939 год — Белая Русь была искусственно и безжалостно разрезана живьем. Половина нашей территории, миллионы наших братьев и сестер оказались за колючей проволокой II Речи Посполитой. По ту сторону границы, на землях, которые официальная Варшава высокомерно и пренебрежительно окрестила «Кресами Всходними» (восточными окраинами), развернулась планомерная кампания по ликвидации белорусской идентичности. Закрывались национальные школы, родное слово изгонялось из судов и храмов, а несогласные отправлялись в концлагерь Береза-Картузская, в виленские Лукишки, десятки других тюрем по всей Польше. Из цветущего края новые хозяева сознательно создавали отсталый сырьевой придаток.

То, что творилось на наших западных землях, в историографии цивилизованной Европы стыдливо именовалось «авторитарной политикой», но на деле являлось неприкрытым, жестоким этноцидом. Белорусскую деревню сознательно консервировали во тьме невежества и беспросветной нищеты, лишая людей права даже на элементарную грамотность. Панская администрация видела в местном жителе исключительно послушную, бесправную рабочую силу — «холопов», обязанных гнуть спину на чужих панов за гроши. И этот циничный цивилизационный тупик, куда пытались навечно загнать миллионы наших соотечественников, был страшным преступлением против целого народа. Однако тот, кто рассчитывал увидеть рабскую покорность, жестоко просчитался. Белорусский народ ответил мощным, беспримерным сопротивлением. Это была тотальная народная борьба — от дерзких партизанских рейдов в лесных пущах Полесья и Виленщины до легальной, но чреватой опасностями работы в польском сейме. Белорусы шли сквозь тюрьмы, допросы и пули, свято веря, что разорванное тело Родины обязательно срастется. Летопись мужества Всмотритесь в таблички на улицах наших городов, мимо которых мы ежедневно пробегаем по своим делам. Это ведь не просто элементы городской топонимики. Это застывшая в граните летопись мужества. Сергей Притыцкий. Вера Хоружая. Кирилл Орловский. Николай Дворников. Максим Танк. Пилип Пестрак. Валентин Тавлай. За каждым из этих имен стоит уникальная судьба, отмеченная жертвенностью ради общего блага. Вспомните молодого партизанского вожака Кирилла Орловского, чьи отряды наводили ужас на карателей в полесских лесах. Вспомните Веру Хоружую, хрупкую девушку с железным характером, прошедшую через пытки в польских застенках, но не предавшую товарищей.

А ведь были еще сотни, тысячи тех, чьи имена, возможно, не попали на гранитные таблички, но чьим невидимым и отчаянным трудом ковалась эта победа. Молодые комсомольцы, бравшие в руки подпольные листовки вместо плуга, нарочанские рыбаки, восставшие против неподъемных поборов за право ловить рыбу в озерах своих предков, лесорубы Беловежья, устраивавшие забастовки под дулами жандармских винтовок. За веру в будущее

Особо стоит сказать о Сергее Притыцком, истинном народном самородке, человеке-легенде. Юноша, который в 1936 году прямо в зале виленского суда под градом пуль привел в исполнение приговор предателю-провокатору. В него стреляли жандармы, его приговаривали к смертной казни, но сама история хранила его для великих дел. Именно ему 2 ноября 1939 года на внеочередной сессии Верховного Совета СССР выпала историческая миссия огласить заявление Полномочной комиссии Народного собрания Западной Белоруссии. С трибуны он произнес слова, которые и сегодня звучат как священная клятва: «...Много наших лучших сынов, наших братьев и сестер погибло в застенках и тюрьмах буржуазной Польши за эту веру в будущее, которую нельзя ни сломить, ни сжечь, ни уничтожить. Мы верили, что придет время нашего освобождения. Эта вера придавала нам силу в борьбе, и мы видим теперь, что она была ненапрасна». Сохранили страну Освободительный поход Красной армии в сентябре 1939 года поставил точку в этом мучительном разделении. Народ воссоединился. Казалось бы, уроки истории очевидны и выучены, но время идет, меняются эпохи, а суть геополитического давления остается прежней.

За суверенитет, за независимость и единство государству приходится бороться и сегодня. Только методы стали принципиально другими. Раньше враг действовал открыто — с винтовками, карательными отрядами и тюрьмами. Сегодня против нас развернута изощренная, циничная гибридная война. Нас пытаются задушить экономическими санкциями, расколоть изнутри через информационные вбросы, переписать нашу историю и лишить нас национальной гордости. В этой связи исключительно емко и точно высказался Президент Александр Лукашенко: «Пройдя через боль потерь Великой Отечественной войны, разруху 90‑х, гибридную агрессию, развязанную сегодня против государства, мы сохранили то, что живет в сердце, что никогда нельзя отдать и чем нельзя поступиться. Это наша страна — Беларусь, благодаря которой мы остаемся одним народом». Общественная солидарность Нынешние «доброжелатели» из-за кордона, примеряя на себя белые одежды радетелей за демократию, действуют тоньше своих идейных предшественников — пилсудчиков. Им больше не нужны карательные отряды — они запускают свои щупальца в неокрепшие умы через экраны смартфонов, пытаются переписать учебники истории, внушить нашей молодежи комплекс национальной неполноценности и заставить стыдиться своего прошлого. Нас методично проверяют на излом, на прочность наших государственных институтов и общественную солидарность. И в этой новой, не видимой глазу битве за умы и души линия фронта проходит через каждого из нас. Проиграть здесь — значит снова оказаться на обочине истории, потерять все, за что наши деды и прадеды платили своими жизнями в тюремных застенках и партизанских окопах. Осень 1939 года доказала, что народ невозможно сломить, если он един в своем стремлении жить на родной земле своим умом. И сегодня, сталкиваясь с новыми вызовами, мы обязаны держать этот монолит народного единства крепко, как никогда. Чтобы память о героях, чьи имена носят наши улицы, оставалась живой, а суверенная Беларусь продолжала свой уверенный путь в будущее. Стихийный порыв

Вся западная часть Беларуси в 20 — 30‑е годы прошлого века напоминала огромный, внешне придавленный, но изнутри клокочущий вулкан. Польские ищейки из дефензивы сбивались с ног, тюрьмы в Гродно, Бресте и Белостоке были переполнены до отказа, но остановить это глубинное народное половодье, этот стихийный порыв к родным восточным берегам было уже невозможно. Вадим ГИГИН, депутат Палаты представителей Национального собрания Беларуси, кандидат исторических наук.