Лихачев связал новости о дизеле с рынком урана и ролью «Росатома»

Генеральный директор «Росатома» Алексей Лихачев назвал договоренности России и США о возобновлении поставок российского дизельного топлива примером быстрого перехода от политического диалога к экономическим решениям. Он также объяснил, почему ограничения на поставки урана могли бы иметь серьезные последствия для атомной промышленности.

Договоренности по дизелю после переговоров президентов

Россия и США договорились возобновить поставки российского дизельного топлива по итогам переговоров Владимира Путина и Дональда Трампа 9 октября. США временно разрешили импорт российского дизеля, а Россия начала досрочно снимать ограничения на его экспорт.

В числе возможных объемов поставок назывались 300 тыс. т в октябре, 500 тыс. т в ноябре и 1 млн т в декабре. Речь шла о предполагаемых показателях, а не о подтвержденных отгрузках.

Лихачев подчеркнул скорость перехода от переговоров к практическим действиям: «Вот относительно недолгий разговор состоялся, и молниеносно начали исполняться решения по снятию санкций, по контрактации и так далее. То есть какой огромный потенциал в контакте наших президентов».

Вторым важным аспектом он назвал экономические последствия санкций. По оценке Лихачева, ограничения способны вредить в том числе странам, которые их вводят. Он указал на США, назвав их самой инновационной экономикой мира и отметив потребность страны в отдельных товарах, затронутых санкциями.

Урановый рынок и последствия ограничений

Отдельное внимание глава «Росатома» уделил поставкам урана. В отличие от рынка нефтепродуктов, урановый рынок, по его оценке, более концентрирован и чувствителен к изменениям предложения. Лихачев также указал на его высокую чувствительность в ценовом отношении. Он подчеркнул фундаментальное значение уранового рынка не только для экономики, но и для безопасности атомной промышленности.

«Если мы говорим об отрицательном влиянии отсутствия поставок дизеля, нефтепродуктов и нефти из России в США, то представляете, какой был бы отрицательный эффект от такого запрета поставок урана?» – заявил Лихачев.

Лихачев говорил о последствиях гипотетического запрета, а не о введенных ограничениях. Значение уранового рынка для госкорпорации отражают ее позиции в отрасли: по итогам 2025 года «Росатом» занимал первое место в мире на рынке обогащения урана.

Международные проекты «Росатома»

Лихачев заявил о заинтересованности в развитии международного сотрудничества и подчеркнул, что госкорпорация продолжает выполнять обязательства по зарубежным проектам. При этом развитие позитивного диалога он связал с обеспечением безопасности и интересов России.

«Мы несем свою вахту в первую очередь в реализации наших международных проектов», – подчеркнул глава «Росатома».

Он также сообщил, что относительная доля проектов в западных странах в зарубежном портфеле «Росатома» снизилась, однако их абсолютный объем, по словам Лихачева, пока сохраняется.

«Я бы хотел, чтобы поскорее мы переходили к взаимовыгодному диалогу и начали развивать наши экономики, реализовывать большие международные проекты в интересах наших народов», – заключил Лихачев.