«Никто не выходит на пробежку в одиночку»: Хоман пригрозил Нью-Йорку уличными задержаниями

Между тем в Нью-Йорке и Чикаго сопротивление депортационной кампании уже стало частью повседневной жизни отдельных районов — жители объединяются в группы быстрого реагирования, предупреждают соседей о появлении агентов и заявляют, что политика Трампа усложняет их жизнь.

Рекорд депортаций и предупреждение городам

По словам Хомана, ICE установила рекорд депортаций в сентябре, после того как ведомство несколько месяцев подряд обновляло показатели задержаний. Однако точные цифры за сентябрь на пресс-конференции не прозвучали: Хоман сообщил, что статистика за финансовый 2026 год ещё проходит проверку и будет опубликована позднее.

Основной претензией Хомана к Нью-Йорку стало нежелание местных властей предоставлять федеральным иммиграционным агентам доступ к интересующим их людям. Он заявил, что в таком случае ICE будет вынуждена задерживать разыскиваемых людей в общественных местах. При этом, по его словам, агенты могут задержать и других находящихся рядом мигрантов, если выяснится, что у них нет законного статуса в США.

Хоман также связал действия администрации с сокращением преступности, однако на самой пресс-конференции не представил независимых данных, которые позволяли бы оценить эту причинно-следственную связь.

В Майами он затронул и другую тему — утечку базы данных, в которой, по сообщениям американских СМИ, оказались сведения более чем о 40 тысячах сотрудников Министерства внутренней безопасности США. Хоман заявил, что расследованием занимается Министерство юстиции, и подчеркнул, что публикация личных данных сотрудников может угрожать их безопасности и безопасности их семей.

Но для Нью-Йорка и Чикаго принципиальный вопрос заключается не только в статистике депортаций. Федеральная администрация требует более тесного сотрудничества местных структур с ICE, тогда как городские власти ограничивают участие полиции и других муниципальных служб в гражданском иммиграционном контроле.

Нью-Йорк: задержание на глазах у соседей

В Нью-Йорке ограничения на участие городских структур в иммиграционных операциях закреплены в местном законодательстве. В частности, городские службы не должны использовать свои ресурсы для исполнения федеральных гражданских иммиграционных требований. Власти объясняют такую позицию необходимостью сохранить доверие жителей к полиции: иммигранты, в том числе свидетели и потерпевшие от преступлений, не должны бояться обращаться за помощью из-за опасений, что их самих или членов их семей передадут федеральным миграционным службам.

Именно этот конфликт между федеральной политикой и городской практикой всё чаще проявляется непосредственно на улицах.

Один из заметных эпизодов произошел 24 февраля в районе Бушвик в Бруклине. Агенты ICE задержали мужчину возле жилого дома. Его жена и двое маленьких детей остались на улице. Очевидцы рассказывали, что женщина кричала и плакала. Соседи начали собираться, чтобы выяснить, что происходит, и попытались помешать задержанию. По сообщениям местных СМИ, конфликт перерос в столкновения: был распылен перцовый аэрозоль, некоторые участники конфликта оказались в итоге задержаны.

В другом районе Нью-Йорка — Короне, в Куинсе — попытка задержания объединила соседей в сеть взаимопомощи.

Как рассказало издание Documented, 1 ноября 2025 года 26-летний курьер Томас оказался среди семи мужчин, задержанных агентами ICE на одном перекрёстке. Проживающая рядом с местом происшествия девушка Соня увидела, как агенты повалили молодого человека на землю. Её 15-летний сын закричал: «ICE здесь, заходите внутрь!»

«Мы видели задержания по телевизору, в интернете, в социальных сетях, но когда всё происходит прямо перед тобой, это шокирует», — вспоминала Соня. По её словам, им было очень страшно.

После этого женщина создала чат с соседями. Когда агенты вернулись на ту же улицу, жители уже вышли им навстречу целой командой. Они свистели и уличали агентов: «Вам не стыдно?» «Что вы здесь делаете?»

Сам Томас провел под стражей четыре с половиной месяца. Его адвокат добился освобождения через процедуру habeas corpus, позволяющую оспаривать законность содержания человека под стражей.

В Нью-Йорке, между тем, начали создаваться целые организованные группы наблюдения за действиями ICE. Добровольцы отслеживают сообщения о появлении агентов, передают информацию соседям, помогают устанавливать личности задержанных и стараются связать их с родственниками. Некоторые группы используют горячие линии и социальные сети, другие работают через районные чаты и личные контакты.

Для одних жителей это способ защитить соседей, для других — форма общественного противодействия федеральной иммиграционной политике. Сами активисты говорят, что хотят не допустить, чтобы человек исчезал после задержания, а близкие не получали никакой информации о его местонахождении.

Чикаго: последствия операции Midway Blitz

В Чикаго конфликт между федеральными властями и городом приобрел особенно заметный характер осенью 2025 года, когда началась операция Operation Midway Blitz. В сентябре федеральные агенты развернули масштабные мероприятия по задержанию мигрантов. Операции затронули районы с многочисленным латиноамериканским населением — Пилсен, Литл-Виллидж, южную и юго-восточную части города, а также центральные кварталы и пригороды.

Операция продолжалась до декабря. По данным исследования Chicago Council on Global Affairs, во время неё агенты применяли слезоточивый газ и силу, в том числе они действовали вблизи школ, больниц и детских учреждений. После завершения наиболее масштабной фазы операции жители некоторых районов продолжали сообщать о появлении федеральных агентов и нарушения их действиями привычного уклада жизни.

Чикаго, как и Нью-Йорк, ограничивает участие городских структур в федеральном гражданском иммиграционном контроле. Городская политика Welcoming City Ordinance не позволяет местной полиции задерживать людей или передавать их ICE исключительно на основании гражданских иммиграционных запросов. Муниципальные ресурсы также не должны использоваться для поддержки таких операций. Власти объясняют это тем, что жители должны иметь возможность обращаться в полицию и социальные службы, не опасаясь, что контакт с городскими структурами приведёт к иммиграционным последствиям.

Но наиболее наглядно последствия кампании описывают сами жители.

46-летняя Мария, мать четверых детей, живёт в районе Саут-Чикаго. Она попросила не публиковать её фамилию, опасаясь депортации. Женщина рассказала, что её семья перестала ходить на общественные мероприятия, в библиотеку и даже на приемы к врачу.

«Мы больше не ходим на мероприятия. Перестали бывать в библиотеке, отложили даже визиты к врачам. Наша жизнь изменилась на сто процентов», — сказала Мария.

По её словам, страх не исчезает даже дома: ночью она не может спокойно спать — боится стука в дверь. Женщина также опасается выходить за продуктами и сопровождать детей в школу.

Жительница района Пилсен Алехандра рассказала, что после операции стала осторожнее относиться к участию детей в школьных и внешкольных мероприятиях. Она говорит, что прежде район был сплоченным, а теперь люди стали меньше доверять друг другу.

«Наша жизнь изменилась. Теперь вдруг появилось недоверие. Есть люди, которые смотрят только на цвет нашей кожи и считают нас врагами», — сказала она. По словам Алехандры, изменился даже привычный уличный пейзаж: некоторые продавцы, годами торговавшие на одних и тех же местах, исчезли.

Экономические последствия действительно стали заметны. Сесилия Вильярреаль, владелица небольшого производства кукурузной массы Cecy’s Molino de Masa в Южном Чикаго, рассказала, что после операции покупатели начали бояться стоять в очередях. Некоторые отправляют за покупками детей, другие заказывают доставку.

«Люди настолько напуганы, что боятся выходить из дома», — объяснила предпринимательница.

Изменился и распорядок местного бегового клуба Viento в районе Литл-Виллидж. Если раньше участники переписывались главным образом для того, чтобы отменить тренировку из-за погоды, то теперь сначала проверяют сообщения о появлении федеральных агентов и выбирают маршрут с учетом этих сведений. В клубе ввели правило: «никто не должен выходить на пробежку в одиночку».

Что думают жители

Опрос Chicago Council on Global Affairs, опубликованный в июле 2026 года, показал, что значительная часть жителей Чикаго негативно воспринимает действия ICE. Среди опрошенных в самом городе 69% заявили, что действия иммиграционной службы делают регион менее безопасным. 72% сообщили, что больше сочувствуют протестующим и иммигрантам, чем агентам ICE. 70% считают, что действия ведомства зашли слишком далеко.

При этом опрос выявил заметный политический раскол: отношение к федеральным операциям существенно различается в зависимости от партийных предпочтений респондентов.

Исследование также показало, что реакция части горожан не ограничивается выражением недовольства. 35% респондентов из Чикаго сообщили, что жертвовали деньги, вещи или своё время в помощь мигрантам и организациям, которые их поддерживают. 21% носили с собой свисток, чтобы предупреждать людей о появлении ICE.

В Нью-Йорке и Чикаго складываются похожие практики: соседи объединяются в чаты, обмениваются сообщениями о появлении агентов, помогают семьям задержанных.

Для администрации Трампа такие города, где местные ограничения мешают исполнению федерального иммиграционного законодательства, неугодны. Для городских же властей это вопрос распределения полномочий и доверия жителей к муниципальным службам. А для людей, живущих в районах, где проходят операции, спор федерального центра и городов приобретает вполне конкретное значение: можно ли спокойно отвести ребёнка в школу, сходить к врачу, открыть магазин или просто выйти на улицу, не опасаясь конфликтной ситуации.