Бывших не бывает: как уговорить педагогов вернуться в школы

Доброжелатели, они же народные избранники, фонтаникуют идеями: к примеру, предусмотреть для бравших паузу в профессии школьных учителей бесплатное повышение квалификации по индивидуальному плану, содействие в трудоустройстве на подтвержденные вакансии, а также поддержку на первый год работы. Как отреагирует на эти предложения Минпросвещения, пока не известно, хотя обращение отправлено. А вот потенциальные герои — покинувшие школу учителя — настроены скептически. Хотя не все.

— Зашла тут к бывшим коллегам на чай, посидела в учительской, где сама когда-то проводила все дни, и вдруг впервые за 15 лет, которые не работаю в школе, пожалела об этом! – признается 45-летняя «англичанка» Вероника Максимовна, в 30 лет покинувшая английскую спецшколу, куда пришла сразу после педвуза, ради более сытой и спокойной должности. – Не знаю, может, возраст уже подошел, что я готова быть снисходительнее к детям? Но в то время, когда я работала, меня, если честно, бесили и учащиеся, и пожилые учителя. Сейчас я этого уже не чувствую. Даже рада была видеть наших старичков, часть из них уже глубоко на пенсии, но продолжает учить детей. Говорят, больше некому.

Вероника Максимовна, по ее собственному признанию, всерьез задумалась о возвращении в школу. Смущает лишь то, что со времен ее работы программа по ее предмету заметно изменилась. В то время учебники по иностранному языку были больше посвящены стране изучаемого языка, а вот сейчас на ЕГЭ школьников просят написать и рассказать о традициях и праздниках России.

— А ведь это не просто тексты, это «топики», которые учат наизусть не только ученики, но и учителя, так как их спрашивают на экзамене, - поясняет «англичанка». – Меня уже предупредили, что без этих знаний назад меня не возьмут, несмотря на дефицит кадров. Непедагогично показывать детям, что учитель не знает азов. Так что мне сначала снова за парту надо сесть, в самом прямом смысле.

Бывают и другие истории: например, 61-летняя Ольга Анатольевна признается, что в школу — на работу по специальности — ее привела чистая случайность.

— У меня в дипломе написано «Историк, преподаватель истории», но я всегда считала, что это так, чистая формальность. Работала в 90-х и нулевых в «фирмах», организовывала праздники. А потом осталась без работы и случайно подружилась с директором школы, где училась тогда моя дочь. Она сказала, что им нужен «педагог-организатор», т. е. те же праздники. Я согласилась. А потом, спустя еще несколько лет, всплыл мой диплом. В общем, этак в 50 лет я начала работать строго по специальности, которую получила в 22: учитель истории. Жалею только об одном: почему не раньше?

Это вечный вопрос: почему молодые дипломированные педагоги не доходят до классов, а дошедшие однажды замышляют побег? Покинувшим школу педагогам любопытно узнать, ради чего «терпят все это» их бывшие коллеги. Ну а тем, кто «терпит», интересно, правда ли за пределами школы жизнь обладателя учительского диплома намного сытнее, ярче и спокойнее?

— Меня интересуют истории успеха, если учитель устроился по профилю, только без преподавания, - говорит школьный биолог Дмитрий Янушев. – К примеру, один мой бывший сокурсник, отмучившись в школе без малого 10 лет, ушел в науку и преуспел. Вот ему я завидую белой завистью, хоть и понимаю, что это гигантский труд, а еще и талант от Бога. Ну а если, условно говоря, словесник ушел в бухгалтера, утроив зарплату, меня это никак не трогает, по мне это профанация. Тогда уж сразу в сантехники или курьеры, кому там сейчас больше всего платят. Все же учитель – это звучит гордо, в вузе нас учили уважать свою профессию. И мне кажется, что не любить специальность, которой ты обучался пять с лишним лет – это унижать себя самого как личность.

Опираясь на данные официальных дискуссий и опросов в профессиональных педсообществах, можно вывести довольно четкую картину того, чего же на самом деле не хватает сегодняшним учителям, чтобы заниматься делом, которое они некогда выбрали делом жизни и отдали годы обучению этой профессии. Большинство педагогов едины: одними только деньгами, даже крупными, ситуацию не исправить. Значение имела бы совокупность факторов — например, снижение бюрократической нагрузки, разумное соотношение доходов и загрузки, а также правовой статус учителя. Речь идет о введении реальной защиты педагога от агрессии со стороны родителей и учеников. Учителя хотят чувствовать, что закон на их стороне, а не как в сфере услуг, где клиент – то есть, ученик и его родители - всегда прав.