«Образцовые похороны», слет Лениных в Москве и «отлакированная биография»: чего мы не знали о Борисе Щукине
23 октября в Москве презентовали три книги, затрагивающие историю Вахтанговской школы в широком смысле этого слова

Несколько резанула, правда, реплика уважаемого коллеги, мол, Щукин – «фигура неоднозначная». Хочется верить, что еще лет через двадцать мы перестанем извиняться за то, что когда-то были советскими и сможем произносить: картины Исаака Бродского – замечательно прекрасны, Иван Шадр – гениальный скульптор; книга написана/музей открылся /здание построено/фильм снят просто в таком-то году второй половины 1930-х, а не в «разгар сталинских репрессий» и так далее.
Зато в начале выступления Борзенко передал свидетельство Анны Марковны Брусер, которой ее легендарная бабушка, Вера Львова объяснила, почему Вахтанговскую школу назвали именем Щукина – потому что «он действительно был первым среди Вахтанговцев», причем, «увидев недоумение в глазах Анны», Вера Константиновна добавила: «это был первоклассный артист».
Но вот в чем проблема – и ее Виктор Витальевич четко обозначил - Борис Васильевич, чья биография трагически оборвалась в 1939 году, сам мемуары не написал. Есть актеры, считающие, что должны остаться в истории исключительно своими ролями, например, Алиса Фрейндлих внятно занимает эту позицию. И поскольку для советской власти Щукин был человеком, создавшим канонический экранный и сценический образ Ленина, его биографию отлакировали до безобразия. В 1940-1950-х издавались монографии, в которых не было уже живого, искреннего, подлинного человека и артиста Бориса Щукина – и эту ошибку Борзенко решил исправить, заново обратившись к архивам, дневникам, письмам.
Какие же главные открытия и переоткрытия сделал автор солидного «восстановительного» тома?
Смотрите фотогалерею по теме



