Ветеран Великой Отечественной — о «падлетках» на войне, музыке, врачующей сердце, и созидании во имя будущего

Ветеран Великой Отечественной Михаил Волчек призывает беречь мир, хранить память и защищать историческую правду о войне

Воевал в партизанском отряде, фронтовыми дорогами дошел до Восточной Пруссии. Терял боевых товарищей, а в мирное время лишился единственной дочери. Через год с женой усыновил двоих сирот. Супруги ветерана Великой Отечественной войны Михаила Волчека Нины Ивановны уже нет, но в Бобруйске живут их сын и дочь, трое внуков, семеро правнуков. «Я всех детей жалею, душу бы им отдал», — говорит Михаил Тимофеевич, много лет проработавший преподавателем в музыкальной школе. Страсть к музыке у него с малых лет. А до того, как стать педагогом, он и на фронте, и в мирное время крутил баранку автомобиля. Воспоминаниями о пережитом ветеран поделился с нашими корреспондентами и дал напутствие тем, кому строить будущее страны.

— Приехал поступать, правда, не определился куда, — вспоминает Михаил Тимофеевич. — Вечером пошел с друзьями в клуб на кино про Чапаева. Вдруг погас свет, мы выбежали на улицу, слышим: гудят самолеты... О войне объявили на следующий день. Люди стали покидать город. Многие направлялись в Ташкент — подальше от бомбежек. Я пешком пошел в родное село, до которого километров 80. Увидев двигавшуюся по шоссе немецкую технику, нырнул в придорожные кусты. Домой добрался через сутки, застал маму и младшего брата Витю. Отец умер еще до войны, как и старший брат — третьеклассник Володя, заболевший дизентерией. Вите было 13 лет, мне — 15. Хотя в паспорте значится 1928 год, родился я в 1926‑м — 25 ноября 100‑летний юбилей. В документ, который выдали после войны, вкралась ошибка. А в 1941 году, когда пришел к партизанам, меня в отряд не взяли. Таких, как мы, называли «падлеткамi». Дошел до Восточной Пруссии По словам Михаила Волчека, его Оземля в войну горела дважды. Спасаясь от расправы карателей, мирные жители уходили в леса, рассказывает ветеран: — Дислоцировалась там 123‑я партизанская бригада. Подросткам, которых пока не зачислили в отряд, доверили делать бутылки с зажигательной смесью. Нас отправляли по селам — выведывать, где сколько фашистов. Первое боевое крещение получил в 1942‑м, уже став партизаном. Командир бригады послал меня с другом за реку Птичь с донесением к попавшим в окружение кавалеристам. Переправившись, мы наткнулись в лесу на немецкую бронетехнику, подорвали несколько машин. А всего за время оккупации наша бригада уничтожила 107 вражеских эшелонов, 34 танка, 111 паровозов. Один из самых тяжелых боев был тогда, когда против народных мстителей враги бросили три пехотные и две танковые дивизии, чтобы «закрыть» так называемые Рудобельские ворота — десятикилометровый разрыв на линии фронта, образовавшийся осенью 1943 года. Благодаря этим воротам было налажено сообщение между партизанскими формированиями, частями армии и населением в тылу врага. В том бою, говорит Михаил Тимофеевич, едва успевали вывозить раненых и убитых.

В 1943‑м Михаил Волчек примкнул к рядам Красной армии, стал водителем автобатальона. Успел дойти до Восточной Пруссии — в одном из боев машину подбили вражеские гранатометчики, вспоминает:

— Получил контузию — осколок ударил в голову, в ухе лопнула барабанная перепонка. После госпиталя мне еще ходить трудно было, но снова сел за руль. Победу встретил в Бобруйске.

— Я и сегодня езжу на своей «Шкоде» — в магазин, парикмахерскую, — с улыбкой добавляет Михаил Тимофеевич. — Вниманием не обделен: навещают представители горисполкома и совета ветеранов, соцработник приходит. И пенсия хорошая, квартира, выделенная государством. В Беларуси о ветеранах заботятся.

С детства у Михаила Волчека еще одна страсть — к музыке. Мальчишкой он играл на гармони, после войны окончил музыкальное училище, 15 лет проработал педагогом по классу баяна. Взяв в руки инструмент, он лихо затягивает «Катюшу»:

— Это моя любимая песня. Я много их знаю — музыка врачует сердце.

Сердце Михаила Тимофеевича было разбито, когда в 1975‑м их с женой единственная дочь Наташа, студентка — первокурсница пединститута, умерла от перитонита — лопнул аппендицит.

— После ее похорон жена Нина уехала к родной сестре в Запорожье. Спустя какое-то время звонит оттуда: мол, познакомилась с пятилетней сиротой Леночкой, хочет ее удочерить. Я, конечно, не был против. А потом снова звонок супруги: «Миша, у нее есть младший братик, их нельзя разлучать!» В Бобруйске встречал жену с детьми на вокзале. Как подхватил малышей на руки, так с тех пор мы самые родные, — лицо Михаила Тимофеевича озаряет улыбка. — С супругой прожили 64 года, ее не стало, но есть Лена и Слава, внуки, правнуки. Большая семья — это огромное счастье.

В 2025‑м Михаил Волчек, награжденный орденом Отечественной войны II степени, медалями «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941 — 1945 гг.», удостоен звания «Почетный гражданин города Бобруйска». Но, как говорит он сам, главная награда — жить в независимой и свободной стране: — Горжусь Беларусью! Много общаюсь с подрастающим поколением. Молодежь у нас замечательная — талантливая, целеустремленная. Государство дает много возможностей молодым людям. Но я всегда им говорю: за то, что есть у них сейчас, заплачено кровью моего поколения. Поэтому они должны сохранить память и правду о войне, сберечь и приумножить все, что создано за мирные годы, быть преданными своей земле. kislyak@sb.by