Ирина Овсепьян: Красота, может быть, и спасет мир — главное, чтобы женщины при этом не вымерли

Вечно быть недовольными собой, вечно стремиться что-то в себе улучшить — любимый женский спорт на протяжении тысячелетий. XXI век вывел это стремление на новый виток — достаточно опасный, и часто отнюдь не в фигуральном смысле. Что особенно цинично, все это происходит под регулярные рассуждения о необходимости принятия себя — так-то правильные, но их искренность с каждым днем вызывает все большие сомнения.

Рисунок Ангелины Сухоруковой Каноны красоты за тысячелетия существования человечества менялись неоднократно, и всегда это было связано не только с культурными, но и социально-экономическими моментами. Палеолит подарил нам собственных «Венер» — женские фигурки, связанные с культом плодородия, отличали шарообразные формы. Античный канон вылепил абсолютный идеал на долгие века, до сих пор непревзойденный: правильные черты, не просто красивое, а еще и здоровое тело, полное жизненных сил. Средние века в Европе подвели свою черту: пышные формы — удел служанок, это вульгарно и грубо, а благородная женщина — стройная, возвышенная, с бледной кожей, ибо не трудится на солнце, и ее буквально сдувает ветром со стены замка. Эпоха Ренессанса добавила красавицам роскошной полноты, рококо возвело на пьедестал хорошеньких круглолицых резвушек с ямочками на щеках и задорным румянцем.

Рисунок Олега Карповича Чем сильнее ускорялся прогресс, тем чаще сменялись моды на определенные формы и типажи. В начале ХХ века женщины освободились от корсета, а всеобщее распространение как чахотки, так и кокаина (а это время тотальной наркомании) сделало модной «интересную» бледность и худобу. Обо всем этом человечество забыло к началу Второй мировой, а уж в послевоенный период идеалом на долгое время стала женщина с формами — людей, прошедших войну и голод, худоба пугала. Немеркнущий секс-символ Мэрилин Монро носила платья 50-го размера, как и многие другие тогдашние дивы, от которых пищала мировая общественность.

Эстетика истощенности вновь вторглась в мировую моду в 1990-е, когда люди на Западе (скажем честно) банально зажрались. Тонны еды, отправляющейся на помойки в странах «золотого миллиарда», — при нерешенной проблеме голода в менее благополучных широтах. Зацикленность на элитарности и роскоши — в противовес всему остальному человечеству, которое не может себе этого позволить. Тогда в мировой моде появилось понятие «героиновый шик» (снова наркомания провозглашалась чем-то крутым!), и идеалом стали зеленые от недоедания модели-анорексички.

Со взлетом звезды Ким Кардашьян и потоком раскованных темнокожих рэперш выкристаллизовался другой канон: тонкая талия (ради которой шли на тяжелую операцию по удалению ребер), большие бюсты и мощные ягодицы (накачивая их силиконом, легко было умереть прямо на столе пластического хирурга). К этому добавились огромные губы, наращенные ресницы, обеспечивающие «лисий» взгляд, километровые когти, мода на радикальную эпиляцию, тысячи других мелочей, отсутствие которых немедленно сигнализировало любой фемине: ты немодная, некрасивая, у тебя нет самого необходимого для привлекательности! В противовес набирал обороты тренд на бодипозитив и моделей плюс-сайз: многие видели в этом шанс сбежать из-под катка гламура, столь много требующего от женского тела. Но увы, аутотренинги не помогли, и никакие речи о принятии себя не выдержали столкновения с современными «волшебными» инъекциями для похудения.

Что мы теперь видим на подиумах и красных дорожках? Ввалившиеся щеки старообразных монстров, то, что пресса уже окрестила «оземпиковым лицом», цыплячьи ребра и ручки-палочки, вызывающие ассоциации с узниками концлагерей, — куда там Кейт Мосс, которая некогда была иконой: нынешние красавицы считают ее жирной! Собственно, на что уже жалуются блогерши нормальных с медицинской и эстетической точек зрения габаритов: на засилье комментаторов, которые упрекают их в «излишней полноте». Мол, вы что, не знаете, здоровыми быть не модно — модно умирать от истощения, пить пилюли и колоть, колоть, колоть чудодейственные укольчики, пока смерть не разлучит вас с вашей бестолковой жизнью! А главное — везде и всюду требуются деньги: те, кто когда-то потратился на лазерную эпиляцию, теперь покупают парики для зоны бикини, потому что — па-дам! — возник тренд на естественность. Силиконовые ягодицы следует сдуть обратно: в моде фигуры помойных кошек. Все, что у тебя есть, — все плохо, всего недостаточно. Индустрия красоты расскажет тебе, какой нужно быть сегодня, создаст проблему — и сама же предложит ее решить. За деньги. За большие деньги.

А теперь обратная сторона медали: любая красивая женщина (от природы красивая, от мамы с папой!) сегодня автоматически подозревается в том, что она не просто такой родилась — нет, это она красивая ради мужского одобрения! Ушибленные головой активистки нынешнего пародийного феминизма полощут тему на всех углах. К слову, все замечали, наверное: любая борьба «за все хорошее против всего плохого» собирает под своими знаменами впечатляющий парад уродливых, неухоженных и часто просто немытых персонажей обоих полов. Не важно, ратуют ли собравшиеся за феминизм, ЛГБТ+, этническое разнообразие, зеленую энергетику или несут перед собой политические лозунги разной степени идиотизма, — визуально это всегда сущий паноптикум. Активизм — последнее прибежище проигравших в гонке за право передать свои гены грядущим поколениям.

Именно активисты всех мастей продвигают ненависть к красоте как таковой — под разными предлогами. Не так давно под прицел опять попала актриса Сидни Суини — самая ненавидимая на сегодняшний день блондинка планеты. Ей, конечно, далеко до Мэрилин, однако возмутительный факт наличия от природы эффектной фигуры и миленького личика корежит столь многих, что невозможно не обратить внимания. А тут еще скандальная роль в сериале «Эйфория», где Суини сыграла девицу-вебкамщицу, — и пошло-поехало... Снялась девушка для рекламы в пуантах — полетели вопли: «Да как ты смеешь, балет — это труд, а ты просто блондинка!» Снялась в джинсах — прокляли джинсы. Снялась провокационно-игриво — много голой кожи, прикрытой спортивными снарядами, — и возмущенно вопить начали уже западные спортсменки (а это зрелище не для слабонервных): мол, у нас тут кровь и пот, мы стероиды жрем пачками и потому больше похожи на страшных мужиков, а приходит эта и показывает, что женщина с гантелями может выглядеть привлекательно! Кошмар, ужас, проститутка, сжечь ведьму. И вообще, не трожь наши скакалки своими беленькими пальчиками, рождаться белой в современном мире тоже стыдно и нежелательно, фу такой быть. Верещат взбудораженные феминистки, причем логика отсутствует: то они разворачивают по миру кампанию за право на общественных пляжах разгуливать топлес (почему это мужчинам можно показывать соски, а нам нет, дискриминация!), то теперь их не устраивает, что кто-то посмел раздеться для фото (на котором так-то ничего особо не видно). Активистки уже проникли телепатическим путем в мысли блондинки Сидни и точно знают: все это только ради мужского одобрения! А значит... надо запретить ей демонстрировать свои телеса. Всем можно, Суини — ни-ни. Потому что нельзя быть на свете красивой такой. И декольте свое спрячь, а то обидно.

Мир скатился в шизофреническую раздвоенность: с одной стороны, куча женщин, готовая вбрасывать миллионы в индустрию красоты и пластической хирургии, с другой — армия фриков, заявляющих, что красивые оскорбляют чувства уродов и пора бы это пресечь. Причем пресловутое мужское одобрение, будем честны, во всем этом играет роль на уровне «Кушать подано!». Любая вам на пальцах объяснит, что одеваемся и следим за собой мы не ради мужчин — их природа так устроила, что красива для них та женщина, которая рядом. Наращенные когти и сардельки вместо губ сильный пол стоически терпит, лишь бы родная дура была счастлива. Нет, вечное соревнование «кто на свете всех милее, всех румяней и белее» ведется с другими женщинами. И, в общем, осознать это и вовремя включить мозги, разобравшись, где свое, а где наносное, навязываемое извне под знаменем «престижа», наверное, самый надежный маркер женской зрелости. А мода? А что мода — она скоро опять изменится.

ovsepyan@sb.by