السبت، 21 نوفمبر 2026موسكو
Eurasian Information AgencyЕвразийское информационное агентство Global Media Group
ثقافة

Душа, наполненная песней. К 105‑летию со дня рождения маэстро Виктора Ровдо

Великий хоровой дирижер Виктор Ровдо всегда четко обозначал три свои ипостаси, говоря: «Я доктор, священник и артист». Народный артист СССР, лауреат ...

نُشر في
Душа, наполненная песней. К 105‑летию со дня рождения маэстро Виктора Ровдо

Великий хоровой дирижер Виктор Ровдо всегда четко обозначал три свои ипостаси, говоря: «Я доктор, священник и артист». Народный артист СССР, лауреат Государственной премии Беларуси остался в памяти как многолетний бессменный художественный руководитель и главный дирижер хора Белорусского телевидения и радио — тот, кто вложил всю душу в белорусскую песню, а еще записал эталонную версию Государственного гимна Республики Беларусь, знакомую каждому из нас до последней ноты.

Рисунок Олега КАРПОВИЧА
Рисунок Олега КАРПОВИЧА

Волосы, выбеленные неумолимым временем, открытое круглое лицо, энергичный упругий шаг — до самого конца... Таким помнят Виктора Владимировича Ровдо, которого называли генералиссимусом хоровых дел. Знаменитого маэстро, строгого наставника, неутомимого популяризатора белорусской песни. Обладателя Госпремии БССР, премии Президента «За духовное возрождение» (он стал самым первым ее лауреатом), кавалера орденов и бесчисленных наград, чье имя занесено во все музыкальные энциклопедии мира.

Он родился 10 ноября 1921 года в Сморгони — в городке, почти полностью уничтоженном в сражениях Первой мировой, на линии фронта. От Сморгони остались руины, от 16 тысяч населения — 154 человека. Отец будущего мастера хорового искусства, Владимир Ровдо, был православным батюшкой — одним из немногих жителей города, кому удалось уцелеть. Церковь, которую он построил в Сморгони, сгорела, и тогда одну из комнат собственного чудом не разрушенного дома отец Владимир приспособил под домашнюю часовню. Именно в этом доме появился на свет сын Виктор — через полгода после подписания Рижского мира, по которому многострадальный кусок земли, где жила семья Ровдо, отходил к Польше. И потому же маэстро Ровдо нередко говорил о себе, что фактически родился в храме.

Певческий дар, музыкальный талант пробудились в нем в раннем детстве: в доме звучало церковное пение, по радио пел Федор Шаляпин, голос которого завораживал ребенка. «Сколько себя помню, меня всегда тянуло к музыке. Пятилетним умолял отца разбудить в полночь, чтобы послушать по радио Шаляпина. Это было, теперь понимаю, настойчивое желание служить музыке, искусству...» — вспоминал Виктор Ровдо. Были в семье и музыкальные инструменты: скрипки, балалайка, мандолина. Мечталось о фортепиано, но скромных доходов священника на такой дорогой инструмент не хватало. Так что играть Виктор Ровдо начал на скрипке. А окончив школу в Сморгони, пошел по стопам отца — отправился в Вильно, в православную духовную семинарию, где не только учился, но и пел в хоре.

А еще именно в Вильно тогда зрело и ширилось сопротивление польской оккупации. Читал стихи по виленским кофейням бесстрашный «король поэтов» Максим Танк, до поры ускользавший от слежки польской дефензивы, вел свою подпольную деятельность фольклорист Григорий Ширма, организовавший свой собственный хор, где разучивались белорусские песни... В этом хоре, несмотря на все запреты, пел и юный Виктор Ровдо.

Рассказывал позже с юмором, как наставники семинарии ловили учеников, возвращавшихся из вокальной самоволки: «Нам, семинаристам, запрещали петь в хоре у Рыгора Ширмы. А мы не слушались и убегали к нему. И вот концерт в Вильно. Поздно ночью возвращаемся домой и смотрим: горит ли свет в квартире у ректора, священника? Не горит. Заходим к себе, раздеваемся, а ректор тут как тут. Кричит мне: «И ты, подсвинок, там поешь?» Я был тогда толстенький, пухленький, вот он так меня и назвал. Но я не обижался — было скорее смешно». Кстати, именно в хоре Ширмы он познакомился с будущей женой Софьей, ставшей ему верной и надежной спутницей на всю жизнь.

Семинарию Ровдо окончил в 1939 году и стал руководителем хора кафедрального собора в Вильно. Тогда же поступил в медицинский университет — мягкие и пластичные, его руки равно подходили и дирижеру, и хирургу, а о том, чтобы сын стал медиком, грезила мама, и Виктор не хотел ее разочаровывать. А в 1941‑м грянула Великая Отечественная война, и на только освобожденную землю пришли новые оккупанты... Все занятия были остановлены, но студенты-медики продолжали тайком изучать анатомию. Виктор Ровдо вспоминал, как однажды прятался от облавы в подвале, где стояли бочки с формалином. В войну на оккупированной территории он уцелел чудом или Божьим промыслом: ничем иным не объяснить, как вопреки всему ему удалось выжить, переболев одновременно брюшным тифом и сыпняком.

Полноценно изучать медицину Виктор Ровдо смог только после войны. Тогда же поступил и в Литовскую консерваторию, на дирижерско-хоровое и вокальное отделения. Так всю жизнь и гнул три свои линии, сводил воедино три пути — докторский, пастырский и дирижерский... Правда, из медуниверситета его исключили, когда узнали, что он учится еще и в консерватории. Так, по самой судьбе, Виктор Ровдо окончательно и навсегда своим делом выбрал музыку. В 1951 году поступил в аспирантуру Московской консерватории им. П. И. Чайковского, где его руководителем стал великий хоровой дирижер Александр Свешников — личность, оказавшая на становление Виктора Ровдо ничуть не меньшее влияние, чем Ширма. Параллельно был хормейстером в Государственном академическом русском хоре СССР (сейчас носит имя А. В. Свешникова), в оперной студии консерватории, в Московском хоровом училище... Но именно к Григорию Ширме в созданную им в Минске хоровую капеллу без колебаний уехал из Москвы Виктор Ровдо, когда пожилой фольклорист начал собирать уцелевших в войну учеников. И именно его строгий и вдумчивый художественный руководитель Ширма выбрал в качестве главного дирижера и хормейстера. В Государственной академической хоровой капелле Белорусской ССР Виктор Ровдо проработал с 1956 по 1965 год, одновременно (и до конца жизни) расписавшись в верности Белорусской консерватории, где преподавал, а в 1964‑м возглавил кафедру хорового дирижирования — и руководил ею более 40 лет.

Он был очень требовательным дирижером, мог по часу работать над крошечным фрагментом произведения, добиваясь совершенства. А во главу угла всегда ставил дисциплину: «Хоровое искусство сложное. Оно не позволяет работать на сцене своим телом, как в эстрадном пении. Мы должны строго стоять и передавать экспрессию за счет мимики, чтобы произведение было одухотворенным. В детстве меня воспитывали в строгости, чтобы я слушал дирижера, внимательно слушал своих коллег по партиям, чтобы чувствовал, что дирижер и я — одно целое. Я воспитывался фактически при монастыре еще с семинарии. Там все держится на послушании. Как и в хоре». Впрочем, усталых хористов легко мог развеселить забавными случаями из своей богатой хоровой практики. Новая страница в жизни маэстро открывается в 1965‑м: в этом году он становится главным дирижером и художественным руководителем хора Белорусского телевидения и радио (сейчас — Белтелерадиокомпании). Именно под руководством Виктора Ровдо коллектив постепенно, за годы, достиг звания «академический», непрестанно совершенствуясь и без устали знакомя слушателей с белорусской музыкой — как народной, так и современной. В 1978‑м в интервью журналу «Музыкальная академия» маэстро объяснял: «...нашей репертуарной «лейттемой» является, конечно же, белорусская музыка. При этом мы включаем в свои программы сочинения не только наших авторов, но и композиторов других республик, создающих произведения на стихи белорусских поэтов — Максима Танка, Петруся Бровки и других. Кроме того, мы начали уже работу над озвучиванием антологии «Двести белорусских народных песен» Г. Ширмы. Сейчас уже закончена работа над песнями первого тома этого обширного сборника, продолжается освоение напевов из второго. Сейчас мы работаем над новыми произведениями крупной формы А. Богатырева, Е. Глебова, В. Войтика, над циклом обработок белорусских народных песен Л. Захлевного...» У Ровдо, благодаря блестящему образованию и успешным научным изысканиям, была собственная практика управления хором, когда он добивался яркого, живого звучания от коллектива, по составу весьма разнородного: в хоре телевидения и радио пели как выпускники консерватории и музучилищ, так и те, у кого за плечами была лишь музыкальная школа, а то и вовсе талантливые самородки. В консерватории профессор Ровдо учил и выучивал будущих хоровых дирижеров (которых за годы работы воспитал в общей сложности больше 800 человек, создал и учебные пособия), а здесь шла та же постоянная учеба, но уже для вокалистов. Ведь идеальный хор, по мнению великого хормейстера, это «коллектив, способный пропеть любое произведение так же легко, как прочесть газету». И не зря те, кто служил в его хоре, говорили, что под руку маэстро поют лучше, чем умеют.

«Всякий человек в ответе перед Богом, перед самим собой, перед обществом, и он должен хотя бы время от времени задаваться вопросом: кто я на этой земле, что делаю, чем наполнена моя душа?» — говорил Виктор Ровдо. И служил музыке бескорыстно и честно. Для фондов белорусского радио и телевидения под руководством маэстро было записано свыше двух тысяч произведений: нежно любимые им народные песни, русская и зарубежная хоровая классика, духовная музыка, сочинения белорусских композиторов (которым он постоянно пенял — пишут для хора меньше, чем хотелось бы!). Но самая значимая и знакомая каждому белорусу работа маэстро Ровдо — это запись Государственного гимна, сделанная им в 2002 году. Вернее, для начала хор Белорусского радио и телевидения записал пять мелодий, претендовавших на то, чтобы стать музыкальной подписью суверенной Беларуси: они звучали по телевизору и из радиоприемников, чтобы белорусский народ, которому решением Президента Александра Лукашенко было доверено сделать выбор, проголосовал за лучшую мелодию, за те слова, которые быстрее прочих дойдут до сердца. И выбор был сделан: торжественная, мощная музыка Нестора Соколовского, стихи Михася Климковича и Владимира Каризны, прозвучавший на весь мир посыл: «Мы, беларусы — мiрныя людзi».

За оркестровую часть гимна отвечал оркестр Вооруженных Сил Республики Беларусь, а хоровую поручили живой легенде музыкального мира — Виктору Ровдо. Записывать Государственный гимн собрался не только полный состав хора Белорусского радио и телевидения, но и студенты консерватории — ученики маэстро. Жаркое лето, духота, большая студия Дома радио, репетиции, все новые и новые дубли, долгие и напряженные часы непрерывной работы до полуночи, пока великий хормейстер наконец-то не получил тот результат, который счел действительно достойным прозвучать на уровне не только страны, но и мира. Тот самый эталон, песенный манифест добра и мира, вершина, дотянуться до которой непросто и сегодня. «Кто заменит меня, когда придется уйти в Вечную жизнь? Те, которые сейчас стоят за дверью», — уже на склоне лет говорил Виктор Ровдо в интервью нашей газете. Его не стало в 2007 году, но память о маэстро живет и будет жить дальше. Три пути Виктор Ровдо — о своей жизни:

«Я рад, что когда-то окончил Виленскую духовную семинарию. Счастлив, что в 1946‑м поступил одновременно на медицинский факультет Вильнюсского государственного университета и в Литовскую консерваторию. Так что в одном лице я священник, доктор и артист. Когда был в Америке с хором Минского государственного дворца детей и молодежи, ко мне так и обращались: Pastor, doctor and artist. Если при встрече называют человеком уникальным, стыдливо не краснею. Да, я могу назвать себя человеком счастливым, потому что в жизни достиг всего, чего хотел».

Чувствовать слушателя О трудностях профессии дирижера
Чувствовать слушателя О трудностях профессии дирижера
photo

«На работе теряешь очень много нервов. Ведь в хоре разные люди. Бывает, ловишь глаза человека, а он — ноль внимания. А без визуального контакта хорошего выступления не получится, — считал Виктор Ровдо. — Дирижер вдохновляет исполнителей, а они — зрителей. Рикошетом, как на бильярде. А то, как аудитория воспринимает выступление, я чувствую очень хорошо — даже спиной...»

المصدر: СБ. Беларусь сегодня ↗

مشاركة

المزيد عن هذا الموضوع

الشكل كدبلوماسية: عرض التقييم العالمي للبيئة البحرية ومساء الأسلوب ومبادرات المرأة في البيت الروسي في مينسك
ثقافةالشكل كدبلوماسية: عرض التقييم العالمي للبيئة البحرية ومساء الأسلوب ومبادرات المرأة في البيت الروسي في مينسك

وأصبح مينسك نقطة انجذاب لعالم الموضة ووسائط الإعلام والدبلوماسية العامة. In the space of the Russian House, the Russian Center for Science and Culture, a presentation of the Eurasian News Agency Global Media Group (EIA GMG) took place.

EIA Staff
كاتيا بيليفسكايا ماتت
ثقافةكاتيا بيليفسكايا ماتت

من قرب زفينغورود جاء خبراً فظيعاً - توفيت كاتيا بيليفسكايا، التي يوجد اسمها في قائمة أفضل مائة فنان معاصر في روسيا، وتخزن الأعمال في العديد من مجموعات بلدنا والعالم

МК
ألبوم (شورتيليس) بعد وفاة قائد الفرقة
ثقافةألبوم (شورتيليس) بعد وفاة قائد الفرقة

The members of the band Shortparis released the album “Iliad” without its leader and main author Nikolai Komyagin

МК
نشرة EIA

تابع القراءة كل صباح.

أهم القصص، يختارها محررونا، وتصل إلى بريدك قبل الساعة السابعة صباحًا — كل يوم عمل.

لا رسائل غير مرغوب فيها. يمكنك إلغاء الاشتراك في أي وقت.