Главный экономист «Сбера» предложил «переосмыслить» валютные интервенции
Покупки или продажи валюты необязательно должны быть частью бюджетного правила — интервенции ЦБ могут быть ситуативными, а не формульными, считает экономист «Сбера» и ВЭБ Александр Исаков. Система просит переосмысления, уверен он
Связь между валютными операциями и бюджетным правилом не является неразрывной, сейчас «это происходит скорее по инерции», но «система просит переосмысления подхода», считает руководитель Центра макроэкономических исследований «Сбера» и главный экономист ВЭБ.РФ Александр Исаков.
Операции Банка России на валютном рынке, которые сейчас осуществляются от имени Минфина в силу формулы бюджетного правила, могут быть заменены на интервенции под конкретную цель, заявил Исаков в интервью РБК. Полную версию можно прочитать в подписке.
«Операции Центрального банка на валютном рынке нужны, но их объем и время могут достигать конкретной цели — быть целесообразными. Сейчас же они рассчитываются по простой формуле бюджетного правила», — поясняет Исаков. Ранее он уже выдвигал идею «национального бюджетного правила», когда бюджетные резервы будут храниться исключительно в рублях, а валютное регулирование отойдет целиком в ведение ЦБ.
Экономист напомнил, что изначально валютная часть бюджетного правила — покупки валюты на рынке, когда цены на нефть высокие, и продажи, когда цены низкие, — имела смыслом сглаживание волатильности рубля через поддержание равномерных объемов валютной ликвидности на рынке. «Принято считать, что операции нейтральные и только компенсируют изменения в потоках экспортной выручки», — заметил Исаков. «Но если они действительно только компенсируют и сглаживают, почему тогда каждый месяц информация о них — главная новость для рынка? О нейтральности, на мой взгляд, говорить сложно», — подытожил он.
В настоящее время Банк России вправе проводить собственные интервенции на валютном рынке — в случае рисков для финансовой стабильности. В остальном его валютные операции (на практике это китайский юань) подчинены ежемесячно определяемым Минфином объемам дополнительных или недополученных нефтегазовых доходов бюджета. Компании, экспортирующие нефтегазовые ресурсы, обменивают валютную выручку на рубли, чтобы заплатить налоги (НДПИ, НДД) в бюджет, а затем Минфин выкупает часть этой валюты с рынка, если цены на нефть превышают установленную в бюджете базовую цену (в 2026 году — $59 за барр., в 2027 году снизится до $50). Кроме того, ЦБ может продавать валюту, если нужно «зеркалировать» инвестиции Минфина из Фонда национального благосостояния (ФНБ) — для их осуществления Минфин конвертирует валютные резервы в рубли через ЦБ.
