Вьетнамский опыт: от дешевого ширпотреба к современным технологиям

Когда-то эта страна лежала в руинах, еле отбившись от агрессии со стороны самой мощной державы на планете. Это — Вьетнам, который мы долго ассоциировали с войной, дешевыми фабриками и улицами, забитыми велосипедами и мопедами. После войны с США это государство было бедным, изолированным и почти полностью разрушенным. А сегодня сюда переносят свои заводы крупнейшие мировые компании. Страна становится одним из ключевых промышленных центров Азии и все увереннее переходит от дешевой сборки к собственным технологиям. Теперь здесь свой искусственный интеллект, гигантские дата-центры, умные города и глобальные технологические корпорации. Способен ли Вьетнам стать одним из новых ключевых экономических и политических центров Азиатского региона?

Послевоенный тупик 1975 год, столица южного Вьетнама, Сайгон: последние американские вертолеты в спешке улетают с крыши посольства, а в город въезжают танки коммунистов с севера. Южное государство исчезает, а через год север и юг официально объединятся в одну страну. Коммунисты получили буквально все, за что воевали десятилетиями: французов нет, американцев нет, южного режима тоже нет. Вьетнам снова единый — это абсолютная победа. Но как только рассеялся военный дым, перед победителями открылась незавидная картина. Это была не страна, а гигантская стройплощадка после бомбежки. Десятилетия войны разрушили дороги, мосты, города и деревни. Миллионы людей были убиты, ранены или вынуждены уехать из родных мест. Огромные территории оставались заминированными. Север и юг вообще успели привыкнуть жить почти как две разные страны. На севере десятилетиями строили социалистическую экономику, а на юге были рынок, частный бизнес и совершенно другие правила жизни. Но теперь страна одна. Коммунистическое руководство решает натянуть социалистическую модель на всю страну: заводы национализировать, частную торговлю запретить, фермеров загнать в колхозы, а цены и распределение продовольствия передать под контроль правительства. Южная экономика начинает рушиться: предприниматели сворачивают бизнес и уходят в тень, а товары исчезают с прилавков. Государственная система распределения работает все хуже, а обычные люди постепенно переходят на черный рынок. Экономика на распутье Наступают 1980-е годы, и Вьетнам оказывается в абсолютном тупике: заводы стоят без сырья и комплектующих, продовольствия не хватает, а на улицах выстраиваются бесконечные очереди по карточкам. Более того, Вьетнам умудряется влезть сразу в две новые войны. Сначала он вводит войска в соседнюю Камбоджу, чтобы снести безумный режим «красных кхмеров», а следом происходит конфликт с Китаем, и вчерашние идейные союзники в мгновение ока становятся врагами. К середине 1980-х местная валюта обесценивается с катастрофической скоростью, и инфляция взлетает до безумных 700 % в год. Дефицит становится постоянной нормой. Но власти начинают замечать, что на юге, там, где начальство позволяет предприятиям и крестьянам немного отступить от плановой экономики, внезапно появляется результат: производства оживают, товары возвращаются на рынок и люди начинают хоть как-то зарабатывать. То, что официально считалось неправильным, на практике работало лучше того, что считалось единственно верным. Рыночные механизмы никто не выдумывал в тишине кабинетов — они просто сами напрашивались как единственный способ заставить систему работать. Вьетнам построил экономику победителей и обнаружил, что она не может накормить победившую страну. Поэтому как ни странно это звучит, но факт: чтобы сохранить социализм, Вьетнаму пришлось пойти на то, что еще вчера казалось государственной изменой, — разрешить капитализм. Очевидное — невероятное Сельское хозяйство оживает моментально, и Вьетнам из страны, которая еще вчера почти голодала, за считаные годы превращается в одного из крупнейших экспортеров риса в мире. Появляются частные лавки, мелкие фабрики, иностранные деньги. Уровень бедности начинает сокращаться невиданными темпами. В итоге произошло нечто невероятное: и партия спасла свою власть, и экономика ожила. Но теперь перед Вьетнамом встал новый вызов: чтобы расти дальше, бедной и вчера еще изолированной стране уже было мало просто разрешить частную собственность. Ей нужны были технологии и огромные инвестиции. А самые большие деньги и самые крупные рынки находились, естественно, у ее главного исторического врага. Но США, как и всегда, были прагматичными: старого противника теперь было выгоднее втянуть в мировую экономику, чем продолжать держать в изоляции. Поэтому американцы постепенно сняли торговое эмбарго, которое годами душило Вьетнам. Затем стороны восстанавливают дипломатические отношения и подписывают масштабные торговые соглашения, а в 2007 году Вьетнам стал полноправным членом ВТО, и начинается немыслимое. Американские корпорации, которые когда-то ассоциировались исключительно с войной, теперь везут во Вьетнам не бомбы, а контракты, инвестиции и промышленное оборудование. В страну заходят западные бренды, а американские супермаркеты заполняются кроссовками, одеждой и техникой с надписью Мade in Vietnam.

Пока страна богатеет, зарплаты неизбежно растут, а уровень жизни людей повышается. Но для модели страны как сборочного цеха это смертный приговор. Ведь в мире всегда найдется страна беднее: Бангладеш, Индия, страны Африки, где рабочий согласится стоять на конвейере за меньшие деньги. Да, дешевая рабочая сила сделала Вьетнам более богатым, но теперь, чтобы продолжить свое развитие, ему необходимо перестать быть дешевым. И теперь перед правящей партией встает самый сложный вопрос в современной истории: как превратить чужой сборочный цех в собственную технологическую державу? Перестройка по-азиатски В 1986 году созывается съезд Коммунистической партии Вьетнама, и партийное руководство делает исторический разворот, утвердив курс на обновление. Безусловно, это было созвучно процессам, происходившим тогда в СССР, когда генсек Горбачев инициировал знаменитую перестройку. Но Вьетнам не устроил политическую революцию, как это было после отречения от власти Горбачева в СССР, не сносил памятники и не отказался от Коммунистической партии. Он просто полностью переписал правила экономической жизни. Крестьянам дали право распоряжаться урожаем, частный бизнес перестал быть преступлением, а цены наконец отпустили в свободное плавание. Но главное, в страну впервые разрешили заходить иностранному капиталу. В итоге Вьетнам не отказался от коммунистической идеологии ради рынка. Более того, как ни парадоксально это звучит, он организовал рынок ради ее спасения, и эффект оказался ошеломляющим. Кстати, если бы фанатичные партийные догматики высшего ранга не мешали в свое время Советскому Союзу развиваться по такому же пути, то еще большой вопрос, какая страна была бы сегодня первой экономикой мира.

МНЕНИЕ

Вадим Гигин, депутат Палаты представителей Национального собрания, генеральный директор Национальной библиотеки:

— Где сегодня по-настоящему бьется мощный пульс мировой индустрии? Где куются новые технологические стандарты человечества? Это Восточная и Юго-Восточная Азия. Гигантский регион давно и бесповоротно перестал быть просто мировой фабрикой дешевого ширпотреба, превратившись в главный неоспоримый экономический драйвер всей планеты. К нему сегодня приковано напряженное внимание всего цивилизованного мира. Сюда рекой текут триллионы инвестиций, здесь пересекаются и сталкиваются глобальные интересы сверхдержав. И то, что суверенная Беларусь присутствует в этой бурлящей, стратегически важной точке не на правах какого-то робкого, случайного просителя на задворках, а как давний, предсказуемый и абсолютно понятный партнер, — это прямая заслуга нашей долгосрочной дипломатической стратегии Президента. В азиатских столицах прекрасно помнят, кто бескорыстно помогал им поднимать разрушенную промышленность в прошлом веке, чьи высококлассные специалисты строили первые заводы, плотины и учили местных инженеров. Этот прочный советский задел, бережно сохраненный, приумноженный и глубоко модернизированный суверенной Беларусью, сегодня открывает нам двери во многие самые высокие кабинеты в Пекине, Ханое, Янгоне, Джакарте и за их пределами.

shamko@sb.by