Медицина по расчету: как «Скорая» экономит на вызовах

Всё началось 16 октября с боли в животе и рвоты у 16-летней девушки. Мать вызвала скорую, но бригада ехала почти три часа. Медики сделали обезболивающий укол, предположили проблемы с почками или поджелудочной и уехали, не госпитализировав подростка. Мать звонила снова и снова, но, по её словам, диспетчер заявил, что она «мешает принимать другие вызовы», и положил трубку.

К субботе температура подскочила до 39,3, а в воскресенье девушка уже не могла ходить. Следующая бригада приехала только через 2 часа 40 минут. Фельдшер заподозрила перитонит и срочно направила в хирургию. В больнице выяснилось: аппендикс разорвался ещё в пятницу. Девушку экстренно прооперировали, перевели в реанимацию, из дренажей выходил гной. Температура нормализовалась только во вторник.

Следственный комитет возбудил уголовное дело по ст. 124 УК РФ («Неоказание помощи больному»). Глава СК Александр Бастрыкин поручил руководителю подмосковного главка Ярославу Яковлеву представить доклад, расследование поставлено на контроль центрального аппарата. Однако, как отмечают эксперты, ст. 124 — «редкий гость» в судебной практике: лишь 3,2% уголовных дел в отношении медработников возбуждаются по этой статье.

По закону бригада скорой должна приезжать на экстренный вызов за 20 минут. В Подмосковье отчитываются, что этот норматив соблюдается в 98% случаев. Но 2% — это тысячи вызовов в год. И каждый из них — потенциальная трагедия. В Одинцовском округе, например, скорой не хватает 24 сотрудников — медиков и водителей. Дефицит кадров, изношенный транспорт, колоссальная нагрузка — всё это превращает «норматив» в формальность.

Врач-эксперт в области экстренной медицины, пожелавший остаться неназванным, так прокомментировал ситуацию для "МК": «Когда у тебя за смену 15 вызовов, а на каждый — 20 минут по нормативу, ты начинаешь экономить. На осмотре, на расспросе, на решении. Аппендицит у подростка может маскироваться под что угодно, и без полноценного обследования его легко пропустить. Но пропустить перитонит на третьи сутки невозможно — это уже была бы не ошибка диагностики, а отказ от клинического мышления».

Адвокат Елизавета Барковская отмечает: «Статья 124 работает только тогда, когда есть прямая причинно-следственная связь между бездействием и тяжким вредом. Доказать, что именно отказ госпитализировать 16 октября привёл к разрыву аппендикса и перитониту, — задача сложная, но реальная. Проблема в том, что такие дела часто разваливаются из-за ведомственной солидарности и путаницы в экспертизах. Показательно, что Бастрыкин взял дело на контроль — это сигнал, что в этот раз спустить на тормозах не получится».

Этот инцидент не единичный случай.. Подмосковье уже сотрясали истории, где бездействие медиков приводило к смерти или тяжким последствиям:

- Под Кубинкой (2023). Пенсионерке несколько дней было плохо из-за боли в животе. Соседи несколько раз вызывали скорую, но медики приехали только на следующее утро и констатировали смерть. У женщины случился разрыв аппендикса

Егорьевск (2024). 88-летняя пенсионерка упала и разбила голову. Скорая приехала, сделала обезболивающий укол, перебинтовала кровоточащую рану и уехала. Повторно приезжать отказались. Женщина скончалась. Было возбуждено уголовное дело по ст. 109 УК РФ.

- Балашиха (2026). 87-летний мужчина скончался от сердечного приступа, не дождавшись скорой. Родственники несколько раз звонили диспетчерам, но те клали трубку.

- Орехово-Зуево (2026). 24-летняя беременная девушка скончалась от осложнений токсикоза. За несколько дней до смерти ей отказали в госпитализации в роддоме, не найдя оснований.

Вопрос, который теперь стоит ребром: будет ли это дело доведено до приговора, или оно, как и многие другие, утонет в экспертизах и сроках давности?