Как русские художники открывали Париж, а французы — Россию

Россия и Франция начали взаимное культурное обогащение в самый, казалось бы, неподходящий для этого момент — сразу после взятия Парижа в 1814 году. Дело в том, что русская армия не воспринимала Францию враждебным государством: что говорить, если наша интеллигенция повально страдала галломанией. Русские шли спасать близкую по духу страну от наполеоновской диктатуры, и французы очень быстро разглядели в недавних «дикарях» освободителей.

Это не выдумка: дружественный настрой отразился в искусстве тех лет. В творчестве Георга-Эмануэля Опица заметить это не составит труда. На картине «Казаки на Елисейских полях в апреле 1814 года» немецкий художник изобразил первое робкое знакомство: француженки приводят детей взглянуть на иноземных солдат, готовящих еду на костре. Никакой неприязни не наблюдается, а ведь войска расположились на одной из главных улиц Парижа! На полотне «Снятие статуи Наполеона с Вандомской колонны 8 апреля 1814 года» мы не увидим народных волнений: зеваки мирно наблюдают за демонтажом, кавалер что-то объясняет своей даме, а ребятня покупает игрушки у торговки.

Перемены в отношении французов к русским хорошо передаёт история художника Ораса Верне. Будучи бонапартистом, он тяжело воспринял приход армий союзников. Но пройдут годы, и он посетит Россию, найдёт тут немало ценителей искусства и заказчиков, а впоследствии даже получит от Николая I несколько высоких наград. На выставке представлено несколько работ Верне, изображающих русских солдат.

Примечательна биография князя Сан-Донато Анатолия Демидова. Несмотря на то, что князь родился и жил во Франции, он часто жертвовал средства на нужды своей исторической родины — на больницы, библиотеки и церкви. Во время одного из редких путешествий по Крыму мецената сопровождал художник Дени-Огюст-Мари Раффе, написавший его портрет. Демидов широко представлен на выставке: помимо портретов, есть и несколько забавных шаржей.

Конечно, не только французы рисовали русских. Наши художники нередко посещали их земли, где запечатлели много интересных сцен: пляски и музыка вечернего города на «Народном гулянии в день взятия Бастилии» Владимира Маковского соседствуют с траурным шествием на «Годовом поминальном митинге у Стены коммунаров на кладбище Пер-Лашез в Париже» Ильи Репина. Немало и пейзажей: от миниатюр Петра Ганского до детальнейших холстов Аполлинария Васнецова.

Отдельного внимания заслуживают экспонируемые портреты. Среди них — изображения российских императоров на картинах, тарелках и гравюрах, физионотрасы офицеров (эта диковинка была очень популярна среди гостей Франции), а также женские образы на полотнах Юрия Лемана и Константина Маковского. Последний неоднократно рисовал свою жену, но отдельно хочется выделить «Хрупкое создание» (Fragile) — невероятно нежную, искусную зарисовку, изображающую его супругу в интерьере парижской мастерской художника.

Выставка «Русский Париж» охватывает несколько столетий нашего общего с французами искусства. И в наши дни это очень смелый, но нужный жест — напомнить, что границы для настоящей культуры лишь условность, в конечном счёте ничего не значащая.