Пиотровский рассказал о «бесконечном Фаберже» и копиях Неизвестного

Директор Государственного Эрмитажа Михаил Пиотровский в интервью РБК прокомментировал скандал вокруг выставки работ Эрнста Неизвестного в Третьяковской галерее. По его мнению, это не проблема экспертизы, а проблема менталитета.

«Что значит «подделка», если вещи отлиты в тех же формах? Существует принцип — столько-то вещей, столько-то отливок считаются законными, остальные — незаконными. Дальше начинается история юридическая, которая к искусству отношения не имеет. Отливки из формы — они абсолютно все одинаковые. И это проблема, которую тоже нужно обсуждать и решать. В свое время мы делали конференцию, на которую отказались многие приехать, потому что это очень опасная тема — рассуждать: подлинник или не подлинник. Там появилась целая группа отливок скульптур Дега. Которые отлили не в той мастерской, где он отливал первые, а в другой. И кто-то взял гипсовые копии, с них сделал отливки — дело полусомнительное», — говорит Пиотровский.

В мае Следственный комитет сообщил об уголовном деле о махинациях с работами скульптора Эрнста Неизвестного. Поводом для расследования стали произведения Неизвестного, которые, по версии следствия, выдавали за подлинные работы художника. Некоторые оказались на выставке «Эпоха Неизвестного. К 100-летию художника», прошедшей в Новой Третьяковке с 16 декабря 2025 года по 12 мая 2026 года. Она была посвящена 100-летию со дня рождения художника и объединила произведения из государственных музеев и частных собраний.

На выставке были представлены произведения из 13 государственных музеев и нескольких частных собраний. По этому делу в апреле был арестован бывший заместитель начальника штаба Северного флота капитан 2-го ранга Максим Кошкарев. В сентябре, по данным источников РБК, были предъявлены обвинения в мошенничестве в особо крупном размере (ч. 4 ст. 159 УК) и незаконном использовании объектов авторского права (ч. 3 ст. 146 УК) основательнице галереи «Веллум» коллекционеру Любови Агафоновой и директору аукционного дома «Первые имена» Розе Верховиной. Следствие считает, что участники группы изготовили не менее трех десятков произведений, которые выдавали за работы Эрнста Неизвестного и продавали коллекционерам.

Пиотровский привел также пример Эрмитажа, когда музей купил работу французского скульптора Аристида Майоля. «Тут ведь право и справедливость — это разные вещи. Мы купили как-то скульптуру Майоля и написали Дине Верни, она хранитель памяти и прав. И она нам написала, что эта скульптура выходит за пределы тех нескольких, которые могут считаться правильными. Она абсолютно такая же, как предыдущие, но она уже не считается, потому что она не числится в этом реестре. Соответственно, цена вещи падает, но купить ее человеку и поставить вполне можно, потому что она тоже такая же красивая», — уверен директор Эрмитажа.

Он также задается вопросами: а что такое авторство и как относиться к массовому производству картин учениками художника, в том числе в школе Академии Леонардо да Винчи. «Сейчас Леонардо да Винчи развелось громадное количество, — обращает внимание директор музея. — Когда у тебя 100-процентный подлинник, можно гордиться, но для этого у вещи должны быть документальные, а не только технические исследования. И консенсус. Все равно должны все решить, что это Леонардо да Винчи. Пока не решили, вот сейчас болтается этот Salvator Mundi. Одни решили, что это Леонардо да Винчи. Сделали свою выставку «Леонардо да Винчи». А другие решили, что, пожалуй, сомнительно. Вот и непонятно, Леонардо или не Леонардо. И таких много. Кстати, нам его предлагали. Ну нам не надо. И он выглядел сомнительно».

При проверке подлинности художественного произведения технические исследования во многих случаях ничего не доказывают: «Только когда все выпадает из хронологического порядка: такой краски не было в это время, такого-то холста не было. А когда все совпадает... Ученики в школе учатся писать так же, как их учитель. Они делают мазок такой же, как писал их учитель. Леонардо придумал пять жестов, и они их тоже повторяют. Технически часто это невозможно отличить».

«Также бесконечные Фаберже. Технический анализ у них в порядке — состав такой же, не употреблены никакие вещества, которых не было во времена Фаберже. Дальше вопрос, есть ли документы. Тогда можно разобрать и доказать», — подчеркивает Пиотровский.

История мужской «Джоконды»

Salvator Mundi («Спаситель мира») — картина, которую полностью или частично приписывали Леонардо да Винчи (ее даже называли «мужской Моной Лизой»). Полотно могло быть создано около 1500 года по заказу французского короля Людовика XII и его супруги Анны Бретонской, указывал оценивавший его аукционный дом Christie's.

О картине долгое время ничего не было известно. «Спасителя мира» продавали за королевские долги, он пропадал из поля зрения, успел побывать в частных английских коллекциях, пережил неудачную попытку реставрации. В 1958 году на аукционе Sotheby’s картина была продана как произведение одного из учеников да Винчи всего за £45.

В 2011 году Лондонская национальная галерея представила его как один из утерянных шедевров Леонардо да Винчи. Как выяснилось позднее, в 2010 году картину предлагали купить Пушкинскому музею и Эрмитажу, главный научный сотрудник Пушкинского музея и хранитель итальянской живописи Виктория Маркова рассказала о разговоре в кабинете директора музея Ирины Антоновой: «Я захожу в кабинет — Ирина Александровна просит всех из кабинета удалиться... Из приемной секретарь был удален, никого не было абсолютно. Я вошла в дверь приемной, Ирина Александровна меня обняла и увела в кабинет, заперев за собой двери — как ту, так и другую. И таким приглушенным голосом, шепотом практически, она мне сказала: «Нам предлагают Леонардо да Винчи. Один человек нам предложил. Вот вам две папки документов. Вы серьезно их изучите и потом мне скажете свой ответ». Оба российских музея, изучив фотографии и документы, от покупки картины отказались.

Стоимость картины начала резко расти: вскоре ее за $80 млн приобрел арт-дилер Ив Бувье. Следующим ее владельцем стал российский миллиардер Дмитрий Рыболовлев, которому она досталась уже за $127,5 млн.

В 2017 году на аукционе Christie’s «Спаситель мира» был продан за рекордные $450,3 млн. Это сделало картину самым дорогим произведением искусства в истории аукционного дома. Покупателем, как сообщала газета The New York Times, стал малоизвестный саудовский принц Бадер бин Абдулла бин Мохаммед бин Фархан Аль Сауд. Но почти сразу появились версии, что реальным покупателем мог быть наследный принц Саудовской Аравии Мухаммед бин Сальман Аль Сауд. Впрочем, посольство страны в Вашингтоне причастность наследного принца к покупке отрицало и сообщало, что картину при посредничестве принца Бадера приобрели для Лувра в Абу-Даби (художественный музей в Абу-Даби, по соглашению с Францией использующий имя «Лувр» до 2047 года).

Продажа картины по рекордной стоимости привлекла к ней внимание экспертов и искусствоведов, часть из которых усомнились в авторстве да Винчи. В 2018 году Лувр Абу-Даби неожиданно передумал выставлять картину — с тех пор ее не демонстрировали публично. В 2019 году картина должна была предстать перед публикой в Париже, на выставке Леонардо да Винчи в Лувре, приуроченной к 500-летию со дня смерти художника. Эксперты Лувра провели научную экспертизу и пришли к выводу, что картина была создана в мастерской да Винчи, но он был в лучшем случае одним из авторов. Artnet в 2019 году писал, что «Спаситель мира» хранится на 134-метровой суперъяхте Serene наследного принца Саудовской Аравии.