Оренбурженка год ждала машину из Беларуси: суд взыскал с агента 26,7 млн

Летом прошлого года оренбурженка заключила с агентом договор на приобретение автомобиля в Беларуси. Новая машина с учётом таможенных сборов и платежей, транспортно-экспедиционных услуг, агентского вознаграждения и прочих расходов должна была обойтись женщине в 20 500 000 рублей, из которых 13 325 000 она перевела в качестве аванса.

Что предусматривал договор. Автомобиль должен был быть подобран в течение 10 дней, не позднее 5 рабочих дней приобретён и направлен владелице. Общий срок поставки составлял 65 дней с момента подписания договора.

Что произошло на деле. Ни в этот срок, ни позже машины не было. В декабре несостоявшаяся автовладелица обратилась в агентство с заявлением о расторжении договора, но ответа не получила. Тогда последовал иск в суд с требованием расторгнуть договор и взыскать деньги.

Что установил суд. «Суд, установив факт отказа потребителя от исполнения договора и отсутствие доказательств фактического несения ответчиком каких-либо расходов, пришёл к выводу об обоснованности заявленных требований», — сообщили в пресс-службе Ленинского районного суда Оренбурга.

Здесь два момента. Первый — сроки: 65 дней по договору превратились в год ожидания, и это не задержка поставки, а фактическое неисполнение обязательств. Второй — сумма взыскания: неустойка в размере аванса, то есть ещё 13,3 млн рублей, была назначена именно потому, что агент не доказал, что понёс хоть какие-то реальные расходы. Это ключевой момент для потребителя: если исполнитель получил аванс, но ничего не сделал, суд может взыскать не только возврат денег, но и неустойку в сопоставимом размере. И для агента это обернулось двойной ценой — вместо 13,3 млн он заплатит более 26,7 млн. Так что доводить дело до суда в таких ситуациях экономически невыгодно вдвойне.

А как считаете — справедливо ли, что неустойка равна сумме аванса, или это уже чрезмерная мера для агента?