Правда торжествует над ложью: в орловском театре «Свободное пространство» состоялась премьера спектакля «Тартюф»

«Почти запрещенная комедия»

9 октября в орловском театре «Свободное пространство» состоялась премьера спектакля «Тартюф» (16+) по пьесе Жана-Батиста Мольера. Одно из самых известных произведений французского драматурга в постановке ульяновского режиссера Искандера Сакаева прозвучало свежо и современно.

«Я сознательно обнажил сцену»

Чем может удивить современного зрителя работа режиссера с классическим произведением, которому почти четыре сотни лет? Может быть, орловские театралы, отправляясь знакомиться с новой постановкой, представляли героев пьесы, играющими на сцене неглиже, или Тартюфа, читающего рэп? Ну или ждали технически сложных декораций или костюмов, расшитых золотом и драгоценными камнями?

Скажу сразу: такими новомодными приемами Искандер Сакаев не злоупотребляет. Однако кое-какие «козыри в рукаве» у него присутствуют.

Например, на суд зрителя он представил... театр в театре, можно даже сказать, спектакль в кубе. В нем артисты предстают и героями «одной почти запрещенной комедии», и актерами, играющими пьесу королю, и артистами «Свободного пространства», произносящими со сцены монологи-откровения, исповеди о самом личном.

Все это происходит под звуки живой клавесинной музыки. Звучание инструмента очень уместно в спектакле и помогает зрителю погрузиться в эпоху.

Отличительной чертой спектакля можно назвать и минимализм декораций. «Я сознательно обнажил сцену, чтобы не прятаться за красивыми картинками. Всё внимание приковано к актеру, его лицу и движениям. Для меня важно -- подать артиста, не упирая на внешние эффекты. Вытащить из артиста ту психологическую глубину, которая подразумевается материалом», -- говорит Искандер Сакаев.

Минимум декораций компенсирует игра актеров, а также костюмы героев -- платья и камзолы, а также объемные парики. «Их монохромная гамма, фактуры, будто сшитые грубой ниткой, дают понять, что перед нами не сама жизнь, а показ спектакля для короля», -- приоткрывает завесу тайны постановки художник по костюмам Дина Тарасенко.

Театр в театре

Речь о том, что, главному герою пьесы, действие которой разворачивается во Франции 17 века, во время правления короля Людовика XIV, господину Мольеру грозит тюремное заключение, а постановка его произведения запрещена цензурой. Но драматург переписал финал и обращается к королю с просьбой спасти пьесу. И теперь пред очи короля предстает черновой вариант, репетиция наскоро переделанного спектакля.

Главный герой постановки - Тартюф - гость в доме простодушного, но недалекого Оргона (Михаил Артемьев). Глава семейства и его матушка Пернель (Ирина Агейкина) введены в заблуждение видом «богобоязненного, высоконравственного, почти святого человека».

Однако остальные домочадцы возмущены влиянием ловкого манипулятора на хозяина дома. Замученные его придирками, постоянными нравоучениями и напускным благочестием, они отказываются признавать Тартюфа святошей. Сюжет построен на попытках разоблачить лицемерного обманщика.

Оргон не хочет слышать жалоб домочадцев, их мнения он не ценит ни на грош. Тогда семья объединяется в стремлении скомпрометировать Тартюфа перед хозяином дома. Не с разу но тот наконец-то понимает, кого пригрел на груди...

Под маской добродетели

Теперь о действующих лицах пьесы.

Главный герой Тартюф (Владимир Никулин) впервые появляется лишь в конце первого акта. Перед зрителями предстает полуобнаженный мужчина, занимающийся самобичеванием, усмирением плоти. Ханжа и проходимец, он действует на показ. Во втором акте из святоши он перевоплощается в лживого, пронырливого мошенника и обманщика. В конце спектакля публика наблюдает на сцене уже настоящего демона.

Обличающие лже-святошу домочадцы оказываются тоже не святыми. Так, зритель замечает, что жена Оргона Эльмира (Елизавета Афанасьева) совсем не скромница, а скорее женщина-вамп. Видит, как инфантильная дочь хозяина дома Мариана (Виктория Рудницкая), противящаяся браку с Тартюфом, готова перечить папеньке и строить козни вместе с манерным женихом Валером (Матвей Репин). Подмечает, что служанка Дорина (Эльвира Узянбаева) та еще интриганка и сама не прочь наделать пакостей Тартюфу. Следит, как шурин Оргона Клеант (Данила Маскаев) использует те же приемы, что и Тартюф, -- подслушивает и подсматривает за злодеем, а сын хозяина дома Дамис (Иван Кирюхин) вовсе не сдержан и смиренен. Наблюдает, как престарелая госпожа Пернель не хочет слышать и признавать правду...

Тем не менее, в конце действа, как и у Мольера, условное добро побеждает зло, и правда торжествует над ложью.

Однако финал не полностью соответствует произведению классика. Один из героев, похоже, все-таки пострадает за правду. Хотя в конце и «оживет» и присоединится к остальной труппе.

Но не будем раскрывать карты...