Эксперт — о ситуации на рынке труда, причинах кадрового голода, особенностях регионов и задачах на завтра

В ближайшем будущем спрос на рынке труда будет держаться в четырех направлениях: квалифицированные рабочие — слесари, строители, станочники; инженеры с цифровыми навыками; врачи и учителя; социальные работники

Уровень безработицы снизился с 2,1 процента во втором квартале до 1,9 процента в третьем, обновив исторический минимум. На фоне минимальной безработицы сохраняется структурный дисбаланс — тогда как в одних сферах наблюдается высокая конкуренция, другие направления остро нуждаются в работниках. О ситуации на рынке труда, причинах кадрового голода, особенностях регионов и задачах на завтра узнали у руководителя центра человеческого развития и демографии Института экономики НАН Беларуси Анастасии Бобровой.

Анастасия Боброва. — До прошлого года число занятых в Беларуси сокращалось, а уровень занятости рос. Противоречия здесь нет: население 15—74 лет уменьшается быстрее, чем количество работающих, а оставшиеся трудятся активнее. В 2025-м уровень занятости достиг 68,5 процента, в третьем квартале текущего года 69,1 процента — максимума с начала наблюдений в 2016-м. Безработица опустилась до исторического минимума: работников на рынке не хватает, а не наоборот. Для сравнения: в ЕС в прошлом году безработица составила 6 процентов (Евростат), а в России держится на рекордно низком уровне около 2,1—2,3 процента (Trading Economics). Беларусь, как и Россия, относится к странам с «перегретым» рынком труда: работу находят быстро, но работодатели остро нуждаются в кадрах.

Впрочем, всему есть объяснения. Главная причина нехватки кадров на рынке труда Беларуси — демографическая. С 2020 по 2025 год население Беларуси сократилось на 3,2 процента, а в трудоспособном возрасте — на 2,5 процента. Сильнее всего уменьшилась группа 25—34 года — это минус 24,8 процента. Дело в том, что в этот возраст перешли малочисленные поколения 1990-х. Они родились в период глубокого спада рождаемости, вызванного социально-экономическим кризисом переходного периода, поэтому их численность невелика. Выросли группы 35—54 года (+86,4 тысячи) и 15—24 года (+9,7 процента). Одновременно рынок труда покидают многочисленные поколения 1960-х, появившиеся на свет на пике послевоенного роста рождаемости. Новых работников на освобождающиеся места приходит меньше, и этот разрыв задает общее сокращение занятости.

Проблема частично решается трудовой миграцией. Но вместе с тем часть работников уезжает. Эти потери почти полностью пришлись на мужчин. Занятых представителей сильного пола стало меньше на 7,9 процента, а число работающих женщин за то же время увеличилось на 20 тысяч. В итоге гендерный баланс немного сместился. И если еще в 2024 году женщин и мужчин среди занятых было поровну, то в 2025-м женщины составили 50,7 процента. Причины тому самые разные. Среди них, например, меньшая продолжительность жизни сильной половины человечества. Мужчины раньше уходят из занятости из-за более высокой смертности в трудоспособном возрасте и более активной миграции. Женщины, напротив, дольше остаются на рынке труда, в том числе в предпенсионном и пенсионном возрасте.

Мастер участка цеха сборки машин Илья Ластовский. Такие разные регионы — Беларусь — страна небольшая, но рынок труда в ее регионах меняется по-разному. Лучше всего ситуация с занятостью обстоит вокруг столицы: Минская область почти вернулась к уровню 2020-го, а Минск потерял лишь 1,8 процента и за 2023—2025 годы вернул 30 тысяч рабочих рук. Сейчас на город и область приходится 41,9 процента всех занятых страны против 40,9 процента в 2020-м, то есть работа все больше сосредотачивается в Минской агломерации. На востоке и севере картина иная. Сильнее всего количество занятых сократилось в Витебской и Могилевской областях, затем следуют Гомельщина и Гродненщина. Эти регионы быстрее стареют, и из них больше всего уезжает в другие части страны. В Витебской и Могилевской областях спад продолжился и в 2025-м, хотя в целом по стране занятость выросла. Самой устойчивой после столичного региона оказалась Брестская область. К слову, последние два года число занятых здесь активно растет.

Есть у регионов и гендерные различия. Мужская занятость имеет тенденцию к снижению в каждой из областей, в то время как женская выросла в пяти регионах из семи, больше всего в Минской (+17,3 тысячи) и Брестской (+14,4 тысячи) областях. Против этой тенденции идет только столица. В целом по итогам 2025-го выше всего доля женщин среди занятых в Витебской и Гродненской областях (51,8 процента). Промышленность демонстрирует уверенный рост — Есть отрасли экономики, которые в последнее время почувствовали дефицит кадров особенно остро. Это сельское, лесное и рыбное хозяйство. Доля аграрного сектора снизилась с 8,7 до 7,8 процента. Основные потери пришлись на растениеводство и животноводство, а лесозаготовки потеряли 8,4 тысячи. Здесь сказываются механизация, укрупнение хозяйств и старение сельского населения.

На втором месте торговля, в основном розничная. Но снижение занятых в этом сегменте вполне объяснимо: работников здесь заменяют автоматизация и кассы самообслуживания, покупатели уходят в онлайн, а торговые сети укрупняются. До 2024 года снижалось число занятых в строительстве. Впрочем, уже в 2025-м наметился перелом, и сегодня в этой отрасли трудятся более 256,2 тысячи человек.

А вот промышленность в целом оказалась устойчивой. Более того, ее доля в занятости выросла с 23,5 до 24,1 процента. В обрабатывающей промышленности занятых стало чуть меньше, но внутри нее шло перераспределение. В итоге увеличились пищевая промышленность (+10 тысяч), производство транспортных средств (+2 тысячи), фармацевтика (+0,9 тысячи.).

Значительный рост наблюдается в секторах услуг. Быстрее всего прибавили прочие услуги (бытовые, персональные) — это плюс 16,1 тысячи (+21,3 процента). Проживание и питание выросли на 11,3 процента, целиком за счет общественного питания (+14,3 тысячи).

Неоднородная ситуация занятости в социальной сфере. В то время как в образовании есть небольшое снижение (около 5 процентов), здравоохранение и социальные услуги демонстрируют устойчивый рост — плюс 4 тысячи (+1,2 процента), в том числе уход и социальные услуги прибавили на 3,2 тысячи.

Особенности гендера — Положение мужчин и женщин на рынке труда различается. Уровень занятости у женщин на 8,1 процентного пункта ниже, чем у мужчин, хотя разрыв в последнее время немного сократился. Главные причины — более ранний пенсионный возраст женщин и уход за детьми. Безработица у женщин при этом ниже, чем у мужчин, почти во всех возрастах.

Женщины составляют около половины руководителей (49,7 процента), а среди государственных гражданских служащих высшего звена — 57,3 процента. Растет и количество самозанятых представительниц прекрасного пола: их доля среди занятых увеличилась с 3 (2023-й) до 3,3 (2025 год) процента, а у мужчин за этот же период остается неизменной — 4,2 процента.

С 2020-го меняется и семейное положение работающих женщин. Больше половины из них не имеют несовершеннолетних детей, и эта доля растет. Сильнее всего изменились молодые возрасты. В 25—29 лет детей нет у 52 процентов занятых женщин (в 2016 году — 35,7 процента, в 2020-м — 40,5 процента), в 20—24 года — у 87 процентов (было 73 процента). Зато в 40—49 лет детей стало больше: в 45—49 лет они есть почти у 40 процентов работающих женщин против 29 процентов в 2020-м. Это наглядно показывает, что женщины становятся матерями позже. Одновременно растет и доля многодетных: среди занятых она увеличилась почти на 1 процент. Многодетность все чаще совмещается с работой, и в этом, вероятно, сказывается государственная поддержка многодетных семей. Чаще всего трое и более детей у женщин с общим средним или базовым образованием и у работниц сельского, лесного и рыбного хозяйства (11,1 процента). Среди женщин с высшим образованием многодетных 3,9 процента, но их доля тоже увеличивается.

Материнство не мешает и карьере. Почти у 44,2 процента женщин-руководителей есть несовершеннолетние дети. Доля многодетных среди руководительниц почти удвоилась, с 2,2 до 3,9 процента, и приблизилась к средней по всем работающим женщинам. При этом работающих матерей с маленькими детьми становится меньше. Доля занятых женщин 20—49 лет с детьми до шести лет снизилась с 32,1 процента в 2020 году до 24 процентов в 2025-м (пик был в 2019 году — 33 процента). Доля женщин в отпуске по уходу за ребенком сократилась с 8,9 до 5,4 процента. Главная причина — снижение рождаемости.

Среди безработных становится меньше людей с профессионально-техническим образованием: рабочие специалисты сейчас нарасхват. Зато растет доля тех, у кого есть только общее среднее или базовое образование, то есть нет профессии. Заметна и разница между мужчинами и женщинами. Среди безработных женщин 28 процентов имеют высшее образование, среди мужчин — лишь 15,9 процента. Похоже, женщине с дипломом сложнее найти работу по специальности, чем мужчине с рабочей профессией. Меняется и семейный состав работающих: среди занятых растет доля разведенных, особенно среди женщин. Сегодня разведена каждая пятая работающая женщина (в 2016-м — 15 процентов). Для таких женщин работа — главный, а часто единственный источник дохода семьи, и это важно учитывать в семейной политике.

Данные по отраслям показывают, что гендерная сегрегация на рынке труда Беларуси не ослабевает, а местами даже усиливается. Яснее всего это видно в социальной сфере. В здравоохранении и образовании женщины составляют уже 84—85 процентов занятых, и их доля продолжает увеличиваться. Такие отрасли принято называть женскими. Кроме того, рост доли женщин в этих отраслях означает, что работа учителя или врача все реже привлекает мужчин. Со временем это может стать отдельной кадровой проблемой.

При этом некоторые отрасли меняются заметно. Больше всего это касается профессиональной, научной и технической деятельности: доля женщин здесь выросла на 12 процентных пунктов и достигла 65 процентов. Консалтинг, бухгалтерия, научные исследования и проектирование становятся направлениями, где женщин большинство. Это сфера квалифицированного умственного труда, поэтому сдвиг можно считать положительным: женщины с высшим образованием находят себе место за пределами традиционных женских специальностей.

В традиционно мужских отраслях — строительстве, транспорте, энергетике, горнодобыче — доля женщин почти не меняется и остается в пределах 13—25 процентов. Здесь освободившиеся рабочие места, по всей видимости, заполняют мужчины из других отраслей. В целом рынок труда перестраивается, но привычные представления о мужских и женских профессиях остаются устойчивыми, и само по себе это не изменится. Если ставить такую цель, понадобятся меры в образовании, профориентации и по другим направлениям.

Главные дефициты — Сильнее всего рынку труда не хватает рабочих. На них приходится 70 процентов примерно из 137 тысяч вакансий в общереспубликанском банке. Больше всего ищут водителей (7,3 тысячи мест), продавцов, электромонтеров и трактористов. Среди специалистов в лидерах врачи (2,3 тысячи), инженеры и бухгалтеры. В обрабатывающей промышленности рабочие места составляют 85 процентов из 27 тысяч вакансий. При этом на одну вакансию в целом по стране приходится 11,4 резюме, то есть дефицит не всеобщий. Эксперты описывают это как переход от дефицита к дисбалансу: рабочих не хватает, а в маркетинге, IT, административной работе и финансах кандидатов больше, чем мест. Главная проблема не в нехватке людей, а в несовпадении соискателей с тем, что нужно работодателям.

Наиболее доступные возможности для трудоустройства и профессионального роста сегодня открываются в производственной сфере, строительстве, транспорте и сельском хозяйстве. Устойчивые карьерные перспективы сохраняются также в образовании, медицине и науке. При этом определяющим преимуществом становится квалификация — сочетание востребованной специальности, практического опыта и способности осваивать новые технологии и методы работы. Резервы — Привычный для работодателей резерв кандидатов в возрасте 30—49 лет почти исчерпан: трудится более 94 процентов людей этого возраста. Занятость в 50—59 лет составляет 87,8 процента, а в 60—74 года — 23,9 процента. Работающих пенсионеров около полумиллиона. Работодатели постепенно расширяют возрастные рамки: 26 процентов из них стали чаще нанимать зрелых кандидатов, хотя стереотипы сохраняются. Сами работники к переменам готовы: 82,9 процента соискателей старше 45 лет согласны сменить профессию. А переобучать их готовы лишь 5 процентов нанимателей. В вакансиях для пенсионеров медианная предлагаемая зарплата на 38,5 процента ниже средней по рынку, а приглашают их в основном на места охранников, уборщиков и продавцов. Так что спрос на кадры 45+ увеличивается, но пока это в основном неквалифицированный труд, а опыт старших работников используется слабо.

Растет приток трудовых мигрантов. За январь — сентябрь 2026-го их приехало около 48 тысяч человек, почти столько же, сколько за весь прошлый год. Больше всего из Туркменистана, затем из России, Узбекистана, Украины и Китая. Почти все они закрывают рабочие места. Самыми крупными группами были квалифицированные рабочие промышленности и строительства (14,7 тысячи), работники сферы обслуживания (7,8 тысячи) и неквалифицированные работники (7,4 тысячи). Около 66,5 процента мигрантов работают в Минске и Минской области. По масштабу это пока лишь дополнение к внутренним ресурсам. Государственная программа «Сбалансированный рынок труда» на 2026—2030 годы предусматривает миграционный прирост не менее 50 тысяч человек за пять лет, что покроет около 17 процентов кадровой потребности. Законодательство уже меняется. С 2025-го

Указ «О повышении роли нанимателей в области внешней трудовой миграции» закрепил обязательства нанимателей в отношении трудящихся-иммигрантов. Перечень профессий, на которые иностранцев нанимают по упрощенному порядку, расширен до 31 рабочей профессии. Следующий шаг, вероятно, не столько упрощение въезда, сколько адаптация: изучение языка, жилье, признание квалификаций и возможность для ценных работников остаться надолго. Прогноз на завтра — В ближайшем будущем спрос будет держаться в четырех направлениях: квалифицированные рабочие — слесари, строители, станочники; инженеры с цифровыми навыками; врачи и учителя на смену уходящему старшему поколению; социальные работники — из-за старения населения.

На сегодня самые крупные потребности рынка — это свыше 42 тысяч водителей и машинистов, 38 тысяч рабочих для металлообработки и машиностроения и 37 тысяч учителей с высшим образованием. По госпрограмме обеспеченность нанимателей кадрами должна вырасти с 94,4 процента в 2024-м до не менее 97 процентов к 2030 году. Главное ограничение — демографическое. В трудоспособный возраст входят малочисленные поколения 1990-х и начала 2000-х, а в 2030-е на пенсию начнут массово выходить поколения 1970-х. Поэтому возрастные рамки найма будут расширяться в обе стороны: к молодежи от 15 лет и к людям старшего возраста.

В более отдаленной перспективе особую ценность могут приобрести творцы и «лекари человеческих душ» — люди, способные не только создавать новое, но и помогать другим находить смысл, сохранять внутреннее равновесие и выстраивать отношения. Чем плотнее технологии будут входить в повседневную жизнь, тем острее может ощущаться потребность в живом общении, сочувствии и понимании. Технологическое изобилие способно не только облегчать труд и быт, но и создавать дополнительную нагрузку на человека — требовать постоянного внимания, непрерывного обучения и адаптации к изменениям. Поэтому, наряду с техническими компетенциями, все большее значение могут получать творческое мышление, эмпатия и умение поддерживать человека, помогая ему не потерять себя в стремительно меняющемся мире.

Фото из архива БЕЛТА